Второй том драматичной истории "Ярар X. Война" ведет читателей по лестнице непредсказуемых событий, где каждый новый главный отрезок открывает новые тайны и персонажи. Словно шагая через глубину смертельной битвы, атмосфера становится всё более напряженной и мрачной, подчеркивая жестокость и ужас войны....
И в этот момент из портала стали появляться ярко-желтые шарики. Мой взгляд был прикован только к ним.
Один, два, три, четыре, пять ярких шариков влетели в соседнее помещение.
Аракс усмехнулся, эта эмоция была так редка на его лице, что я решил взглядом показать ему, чего от него жду.
— Хороший мальчик, — кинул он мне склянку, которую я чуть не разбил. И я с обидой посмотрел на него."
"Боковым зрением я увидел, как в зал вошла Милано. Она подошла ко мне и с силой взяв за рукав повела в помещение, в котором скрылись остальные.
В помещении стояли четыре капсулы, точные копии тех, что я забрал у Гавриила. В них находились тела подростков. Когда желтые шарики залетели в капсулы, пять мужских тел дернулись. Аракс подбежал к четырем капсулам и нажал на клавиши, после чего жидкость из них начала уходить. Такое же действие повторила Милано с пятой капсулой.
— У нас получилось, отец, — сказал Аракс.
— А ты сомневался? — не выдержал Моисей. — Жаль, что нельзя было сразу их вселить в тела сильный магов.
— Разреши, я сообщу об этом Клео, — попросил Аракс.
— Ты же понимаешь, что я очень сержусь на неё? — спросил Моисей.
— Понимаю. Но она твоя дочь, которая на протяжении многих тысяч лет помогала нам приблизить этот день. Она оступилась в самом конце. А это, — указал он на братьев, — лучшее доказательство её заблуждений.
— Хорошо, — ответил Моисей. — И Менелаю сообщи. — И немного подумав, добавил. — Прикажи ему избавиться от польского архимага.
— Но у нас же сидит в камере архимаг эльфов. Разве он нам не подойдёт?
— Оставим его. Вдруг нам понадобится провести ритуал, а энергии брать неоткуда. А тут с нами целый архимаг.
— Я понял, отец.
После этого меня и Эмери припрягли к переноске подростков, которые были до сих пор без сознания. Им были приготовлены спальни, и после того, как мы выполнили приказ, Моисей грубо схватил Эмери.
— Пойдём! У меня хорошее настроение.
— А как же мой сын? Ты обещал!
Моисей остановился, и ударил её тыльной стороной ладони.
— Не порть мне настроение!
Эмери с грустью посмотрел на меня. Но не увидев на моём лице никаких эмоций, опустила голову и последовала за Моисеем. Где-то очень глубоко внутри я понимал, что происходит. Но действие дурмана словно шептало мне: «НЕ ПОМОГАЙ, НЕ ЛЕЗЬ. ЭТО НЕ ТВОЁ ДЕЛО! ТЕБЯ НАКАЖУТ, И ТЫ МЕНЯ БОЛЬШЕ НЕ ИСПРОБУЕШЬ.
