Автор
Кент, Англия. Октябрь 1817 года. Элинор Линдон пытается обосновать свои финансовые потоки, пока Чарлз Уиком, граф Биллингтон, не рухнул с небес на ее голову, словно волшебный подарок из прошлого. Волнующий инцидент разрушает мир Элинор, заставляя задуматься о новых перспективах и отвергнутых мечтах....
Несколько минут он молчал, а затем, у самого поворота к городу, спросил:
– Мы уже почти пришли?
– Еще примерно столько же, я думаю. - Элли бросила взгляд на опускающееся к горизонту солнце. - О Господи, уже так поздно! Папа снимет с меня голову.
– Клянусь могилой своего отца… - серьезным тоном начал Чарлз - и неожиданно икнул.
Элли повернулась в его сторону так резко, что ткнулась носом ему в плечо.
– Что вы говорите, милорд?
– Я хотел сказать - ик! - поклясться вам, что я - ик! - не пытался сознательно замедлить движение.
– Не знаю почему, - сказала она, - но я вам верю.
– Может быть, потому, что моя лодыжка напоминает перезрелую грушу, - пошутил Чарлз.
– Нет, - медленно проговорила Элли. - Наверное, потому, что вы более приятный человек, чем о вас говорят люди.
Чарлз фыркнул.
– Я вовсе не - ик! - приятный.
– Готова поспорить, что вы платите дополнительное жалованье вашим слугам на Рождество. К своей досаде, Чарлз покраснел.
– Ага! - торжествующе выкрикнула Элли.
– Это воспитывает верность, - промямлил он.
– Это позволяет им купить подарки своим домашним, - мягко возразила Элли.
Чарлз снова фыркнул и отвернул голову.
– Красивый закат, вы не находите, мисс Линдон?
– Весьма неуклюжий способ переменить тему, - хмыкнула Элли, - но закат действительно очень красив.
– Удивительно, - продолжил Чарлз, - сколько в нем самых различных красок и оттенков. Я вижу оранжевые цвета, розовые, персиковые и палевые… А вон там - шафрановые.
– Вы художник? - спросила Элли.
– Нет, - ответил граф. - Просто люблю закаты.
– Беллфилд вон за тем поворотом, - сказала Элли.
– Правда?
– Кажется, вы разочарованы?
– Вообще-то мне не очень хочется идти домой, - признался граф и вздохнул, подумав о том, что его ожидает. Груда камней, которая образует Уикомское аббатство. Груда камней, на содержание которой уходит целое состояние.
Если кто-то решит, что со смертью Джорджа Уикома финансовые тиски с его стороны ослабли, он ошибется. Джордж Уиком даже из могилы цепко держал сына за горло. Чарлз чертыхнулся, снова вспомнив об этом. Он чувствовал себя так, словно вокруг его шеи вот-вот затянется петля.
Ровно через пятнадцать дней ему исполнится тридцать лет.
