Автор
Весна вернулась, настроение звери. После дождя выдалась ясная ночь с заревом над городом. Палатка Тома и его друзей освещена светом луны, рядом тихо шумит шоссе, вдали мерцают огни Чикаго. Ущелье поднимается за ними к громадам отелей, заря приближается с полнотой мечты и тревоги....
— Возможно, мисс не привыкла к элитным винам. Чтобы оценить старое бордо, требуется некоторый опыт, как у мистера Драговича например.
Ты заслужил премию, Ким, подумал Милош. Но на Чино слова корейца не произвели ни малейшего впечатления.
— Я вполне могу оценить «Дампьер» 1990 года. Когда мне дадут такую возможность?
— Прямо сейчас, мисс, — уверил ее Ким, кланяясь и пятясь к выходу. — Я принесу его вам через минуту.
Разъяренный Драгович вскочил со стаканом в руках, еле сдерживаясь, чтобы не врезать ей по физиономии.
Он сделал вид, что рассматривает одну из картин, которыми декораторы увешали все стены. Какая-то мешанина из тусклых красок. Что, черт возьми, это может означать? Но зато дорогая.
Он снова пригубил вина. Неужели Монне и ему подобным нравится эта дрянь? Или они просто делают вид?
— Ты должна попробовать еще разок, — сказал Милош. — Все-таки две с половиной штуки за бутылку...
— Две с половиной тысячи долларов! — воскликнула она.
— Может, — отрезал Милош. — И оно того стоит.
Даже если ее воротит от этого вина, про цену она обязательно всем сообщит.
— Кто это? — вдруг спросила она. — Как на тебя похож.
Обернувшись, Милош увидел, что она стоит у книжных полок, держа в руках рамку с фотографией — единственное, чем украсил комнату сам Драгович.
— Ничего удивительного. Это мой покойный старший брат.
— Покойный?
— Да.
— Ой, извини. — В голосе ее прозвучало искреннее сочувствие. — Вы дружили?
— Да, мы были неразлучны.
При мысли о Петре Милош невольно загрустил. Они так лихо торговали оружием в Боснии, а в Косове случилась осечка. Петр не захотел поставлять оружие албанцам. Только сербам, и никому другому. Как же они ссорились тогда, только братья умеют так враждовать. Петр кричал, что он скорее умрет, чем будет вооружать албанцев, чтобы они убивали его соотечественников.
Как благородно.
Милош до сих пор не мог понять этой идиотской позы. Они всегда продавали оружие обеим сторонам. Армия освобождения Косова имела неограниченный кредит от арабов и могла покупать все, что заблагорассудится. И платили они гораздо больше сербов. Как можно было упускать такую возможность?
Но Петр вбил себе в голову, что он прежде всего серб, а потом уже бизнесмен. Ладно. Милош решил вести дела самостоятельно. И тогда Петр переступил черту.
