Автор
Лев Гуров оглядывал ипподром со своей беседки — взгляд полон любопытства к этим игрушкам наездников и их неуклюжих лошадок. Разнообразие размеров создает забавную атмосферу, где мощные жеребята рядом с мелкими черепахами в колесиках.
Признав свою вину и дружно изобличая друг друга, Крошина все выгораживали. Причины? Не хотят терять «нажитые» капиталы. Главное, арест Крошина и изъятие у него крупных, видимо, очень крупных сумм повлекли бы за собой отягчающие обстоятельства, вплоть до высшей меры наказания.
Гуров сидел в своем кабинете с утра до позднего вечера. И не только потому, что читал и перечитывал материалы. Лева с нетерпением ждал звонка следователя. Как продвигается дело Кунина? А билеты тотализатора? Как они появились на месте преступления? Самооговор? Такие случаи встречаются.
Лева часами сидел, глядя на пустую стену, и думал, думал.
— Когда это кончится?
На улице было около сорока, асфальт плавился, чуть ли не растекался по тротуару.
— А еще сыщик, — следователь вздохнул и продолжал: — Я помру, братец, вести дело поручат другому. Хлебнешь тогда горячего до слез. Ты меня береги.
Лева налил стакан воды, поставил перед следователем. Тот выпил, кивнул благодарно, вытащил платок. Лева сгорал от любопытства, ждал продолжения, точнее, начала, так как разговор о погоде являлся лишь прелюдией.
— Маленькая неувязочка у меня произошла, решил посоветоваться."
"«Нужны тебе мои советы, как же, — думал Лева, — что же произошло?»
— Приятель-то наш, Кунин, левшой оказался. Понял, какая неприятность? Друг ты мне, Левушка, но истина дороже. Ищи преступника.
— Как левша? — Лева смотрел недоуменно. — Я сам видел, как Кунин расписывался.
Следователь вышел из-за стола, легко вышел, будто и не он вовсе секунду назад лежал чуть ли не в обмороке.
