В дымных закутах барной полосы, окунувшись в яркую атмосферу ночных клубов, вы утонете в потоке плотного шепота и тихих шелестов на мажорных людях. Каждый из них пресмыкается перед вами, словно черти перед сатаной - продажные шкуры, готовые пожертвовать своими искренними чувствами за мимолетную лесть. И вот, на фоне этих фальшивых похвал, выслышите эхо чарующего голоса - "Явор"....
Он отстраняется и устало откидывается на сидение. Его измученный вид отзывается в моей душе тревогой. Хочется снять с него маску напыщенного подонка, ведь я знаю, что он может быть другим.
— Больно? — прохожусь пальцем по разбитой губе.
— Поцелуй, и пройдет. — Явор поднимается, грузно опираясь локтем на край спинки сиденья, и вновь подавляет меня своей бешеной энергетикой. — Тем более ты обещала. Как видишь, я живой.
— Ага, благодаря мне, между прочим, — замечаю, шлепая по руке, которая нагло скользит вверх по моей ноге.
— Ну, с учетом того, что это был твой брат... — тянет он как-то томно, а потом подцепляет мой подбородок и дергает на себя, но я тут же отталкиваю его.
— Когда умоешься, Явор, тогда и поцелую тебя, а не вот этого кровавого крокодила.
— Крокодила? — едва сдерживая смех, переспрашивает, но в итоге откидывается на спинку сидения и ржет. — Тогда боюсь, что тебя сегодня сожрет этот кровожадный аллигатор.
Не поднимаясь с места, он ловко запускает руку мне под платье и, не обращая внимания на мои протесты, притягивает ближе к себе.
"— Масон, умоляю, езжай скорее. Я долго не протяну.
Явор уже обхватывает мои бедра, как любимую подушку и, засунув между ними руку, укладывается мне на ноги. Я же больше не отталкиваю, лишь несмело накрываю его голову ладонью. От такой близости сердце почему-то дрожит и пытается вырваться из груди, как муха, угодившая в паутину. Делаю успокоительный вздох, пока наглые ладони мягко сминают кожу, но мне нравится, какие ощущения я испытываю от его прикосновений.
— Раньше я никому не позволял до себя дотрагиваться, — хрипит Явор, касаясь горячими губами моего бедра. Кажется, от разъедающего жара мои чулки превращаются в пепел, полностью оголяя кожу для этого дьявола.
— Почему? — искренне удивляюсь.
— Не встречал еще таких нежных рук...
— Ты даже в таком состояние умудряешься льстить, — укоряю, стискивая густые волосы в кулак и ощущая, как его щеки напрягаются от улыбки.
— Вот вы, женщины, странные существа, говоришь правду — не верите, а в ложь ныряете с головой.
Откидываюсь на спинку сидения и от смущения не могу сдержать улыбки. Его низкий голос затрагивает мою душу, запуская по венам необратимые процессы. Ему нельзя верить, но мне просто безумно хочется.
Мы подъезжаем к месту назначения, и Масон помогает Явору выбраться из машины, направляя его в сторону дома, но тот отталкивает друга и притягивает меня.
— Масон, езжай домой.
