В дымных закутах барной полосы, окунувшись в яркую атмосферу ночных клубов, вы утонете в потоке плотного шепота и тихих шелестов на мажорных людях. Каждый из них пресмыкается перед вами, словно черти перед сатаной - продажные шкуры, готовые пожертвовать своими искренними чувствами за мимолетную лесть. И вот, на фоне этих фальшивых похвал, выслышите эхо чарующего голоса - "Явор"....
Зверь обхватывает шею рыжухи широкой ладонью и сдавливает. С приоткрытых алых губ тут же вылетает хрип и, почувствовав себя третьим лишним, я спрыгиваю с кушетки. Болезненно приземляюсь на ноги, отчего колено начинает ритмично пульсировать. Сморщив лицо от дискомфорта, направляюсь обратно в камеру и по пути выплевываю таблетки.
Неуклюже прихрамывая травмированной ногой, прохожу вдоль клеток с упырями. Они тут же приближаются к решеткам. Словно почуявшие запах падали гиены. Я ощущаю исходящее от них желание уничтожать, но никто из заключенных не то что не рыпается, даже ни одной гнилой усмешки не показывает в мою сторону.
— Я перережу тебе глотку, сосунок, — рычит сквозь сжатые зубы Кинг-Конг. — Сладких снов, блондиночка. — Его лицо искажает ублюдский оскал. Я шагаю ближе к негру и, показав средний палец, плюю ему в ноги.
— Белобрысый! — орет надзиратель. — Давай на место, щенок.
Медленно ковыляю до камеры и, пошатываясь, захожу внутрь. Дверь тут же защелкивается на замок, а я заваливаюсь на койку и понимаю, что такой усталости не испытывал ни разу в жизни. Вот оно — новое начало моей «триумфальной» жизни. Но, по крайней мере, я отстоял свое место под солнцем. Чертов Раймон, надеюсь, ты успеешь вовремя вытащить меня из этого ада. Ведь если потребуется, я отгрызу ублюдкам еще не одно ухо. Пора выпускать своего внутреннего демона.
***
Противное скрежетание прорезает мой еще сонный слух.
— Вставай, белобрысый, к тебе посетитель, — говорит надзиратель и напоследок мудак со всей силой бьет палкой по клетке, отчего острый звон болезненно просачивается в затуманенное сознание.
22
ЯВОР
Захожу в комнату для свиданий и встречаюсь с полным ужаса взглядом Эстер.
— Господи! — прикрывает она рот руками.
Зачем этот идиот, привел ее сюда?
— Эс, все нормально...
— Нормально?! Вы два идиота! Господи, — снова начинает реветь, — что они с тобой сделали?! — Она мечется по комнате, словно разрываясь от безысходности.
— Замолчи, Эстер! — Раймон едва успевает ее оттащить."
"— Ты видишь, что они сделали с моим мальчиком?! — отталкивает она мужа и, вытерев слезы рукавом, надевает на лицо маску безразличия.
