В дымных закутах барной полосы, окунувшись в яркую атмосферу ночных клубов, вы утонете в потоке плотного шепота и тихих шелестов на мажорных людях. Каждый из них пресмыкается перед вами, словно черти перед сатаной - продажные шкуры, готовые пожертвовать своими искренними чувствами за мимолетную лесть. И вот, на фоне этих фальшивых похвал, выслышите эхо чарующего голоса - "Явор"....
От осознания того, что на ней нет лифчика, член моментально встает на дыбы, причиняя мне приятную боль.
Вот только блондинка демонстративно игнорирует меня."
"Но я голоден. Во всех смыслах. Поэтому, намазав тост арахисовой пастой, шумно откусываю, тут же привлекая к себе вниманием нужного мне человека. При этом ее глубокие синие глаза буквально буравят меня. Дразнят, черт бы их побрал. Однако я продолжаю хищно поедать тост, не разрывая зрительный контакт. И тогда она сама прячет нахальный взгляд, отвернувшись от меня.
Босой стопой тянусь к ее ноге и дотрагиваюсь до бархатистой кожи. Отчего меня словно бьет разряд тока, и молниеносный удар устремляется прямо в яйца.
Член твердеет пуще прежнего, а эта сучка даже вида не подает, что заметила мои действия. Тогда я нагло запускаю ногу прямо меж ее разгоряченных бедер и ощущаю напряжение мышц. Есть. Реакция меня удовлетворяет. Но останавливаться я не собираюсь, поэтому дерзко протискиваюсь сквозь сжатые бедра и дотрагиваюсь до горячего лона.
— Сейчас проверю курочку в духовке и продолжу рассказ, — прерывает наше невербальное общение звонкий голос Эстер.
В то же мгновение Кейси стремительно отодвигает стул и вскакивает.
— Дорогая, с тобой все в порядке? — удивленно вскидывает брови Картер.
— Да, все хорошо. Эстер, отдыхай, я сама посмотрю!
— Кейси, это так мило с твоей стороны, — искренне улыбается Эстер, но синеглазка отвечает ей лишь скупой улыбкой и мгновенно удаляется.
Раймон и Картер полностью сосредоточены на истории, которую рассказывает мачеха. А я, воспользовавшись моментом, незаметно выскальзываю из-за стола и устремляюсь на кухню.
Бесшумно подкрадываюсь босыми ногами прямо к ней за спину, прежде чем грубо схватить за шею и вдавить ее грудью в холодильник.
— Он хорошо тебя трахает? — хрипло, но четко произношу каждое слово, утыкаясь носом ей в шею и вдыхая крышесносный запах.
— Если ты не глупый мальчик, то сейчас же уберешь свои ручонки! — злобно цедит она сквозь зубы. Уже лучше.
