Имя «Клавдий» было шиком, но взволнованный писк новорожденного Клавика раздавался на фоне громкого хлопка обновленного подгузника. Такой контраст вызывал странное ощущение между пафосностью и прозаичностью жизни, которое тут же затягивало в глубины загадочной истории атмосферы "Яжмать"....
— Как ты могла подумать такое? Конечно же нет! Она для меня ничего не значила, я всегда любил только тебя! Просто так вышло, что ты уехала тогда на месяц в командировку, и мне было тяжело. А тут появилась Виолетта, утешила меня, помогла пережить одиночество. Не мог же я целый месяц терпеть, а она такая вся эффектная, сексуальная… вот и попутало меня. Но у нас с ней был просто секс, не более! Ни с одной из тех девушек, с которыми я спал на стороне по разу-другому, у меня не было ничего большего, чем с тобой, я ведь всегда-всегда после них к тебе возвращался, даже не говоря тебе о таких мелочах.
— Что скажу? — задумалась я, слегка наморщив лоб.
Возможно, мне просто показалось из-за шока, причиной которому было большое количество нахлынувшей информации. И все же, у меня сложилось четкое впечатление, что Паша остолбенел, выпучив глаза в самом искреннем неверении, на которое вообще способен человеческий организм.
— О чем ты, милая? — наконец пробормотал он, снова хватая мою руку, которую я у него брезгливо выдернула.
— Убирайся, будь добр.
— Родная, ты что?
— Блохастая шавка в подворотне тебе «родная», а с тобой мне просто не повезло иметь что-то общее в определенный жизненный период, — отчеканила я, резко встав на ноги.
— Неужели ты злишься?
— Злюсь? Не сказала бы, — фыркнула я. — Просто не желаю, чтобы наши пути более пересекались. Этого мне хватит, спасибо.
— Но почему?
— Почему?
— Да, почему?! — в сердцах выдохнул Паша.
— Возможно потому, что ты пялил все, что движется, не считая это чем-то нехорошим? — ядовито проговорила я.
— Не понимаю, почему ты злишься? Ну да, если девушка ляжет передо мной и раздвинет ноги, я с ней пересплю. Что здесь такого? Я ведь мужчина!
— Мужчина — это мой муж. А ты — мерзкое чмо с палкой сервелата между ног. Потому будь добр, немедленно убирайся из моего дома, иначе я вызову стражу. Если не сама — заору, чтоб ее вызвали соседи.
