Автор
В темном баре под слабым свечением, полустертые точечные светильники создают таинственный полумрак. Я впервые здесь ищу приключение, запрыгивая на узкую сценку. Ледяной металл вертикальной балки щекочет мою ладонь, словно приветствуя прикосновение новичка к таинственному миропорождению....
Обычно ограничивается первым знакомым магазинчиком с вывеской «sale» и если там находится всё, что необходимо, дальше время не теряется. Собственно, для таких ленивых как я специально и были созданы онлайн-магазины. А ходить, монотонно перебирать стойки, выискивая нужный размер, по сто раз переодеваться… не. Меня это не расслабляет. Только вгоняет в депрессию. Уж лучше по городу побродить.
— Ты что хотела посмотреть? — спрашиваю Кристину.
— Джинсы.
— А я… не знаю что… у меня вроде всё есть.
— Платья тебе нужны, — напоминает Демьян.
— Может, не нужны? — чуть задираю кружевной подол… платья. Того самого, в котором приехала в Питер. Со дня на пристани даже не постирала его и на светлой ткани теперь красуются следы после посиделок на набережной. Видно несильно, поэтому заметила я это только когда вылезала из машины.
— Нужны.
— А можно лучше брюки? Белые?
— И брюки. И белые, и чёрные, и синие. Пошли, — мне указываю на бутик с каким-то ну слишком уж кошерным названием.
— Не. Туда не пойду.
— Почему?
— Там никого нет.
Теперь требовательно пихают в спину меня, загоняя как овцу на скотобойню.
— Тебя это как должно волновать? Не ты платишь, — сердито шикают.
— Мне это носить. Дырку посажу, меня потом жаба загрызёт.
— Сейчас я тебя загрызу, — Игнатенко оборачивается к компаньонам. — Вы с нами?
— Нет. Я туда, — Кристина указывает в дальнюю часть центра, где не видно концастеклянным витринам.
— Тогда на созвоне, — меня снова активно подпинывают, но я успеваю напоследок красноречиво округлить глаза, всем видом давая брату понять, чтоб он не торчал истуканом и шлёпал за своей «дамой сердца».
Снова.
Со мной сложнее. Я оказываюсь под форменным психологическим давлением. Не привыкшая к тому, что тебе говорят: «выбирай всё, что нравится» вместо того, чтобы радоваться, впадаю в ступор. Не могу я так. Не привыкла, что за меня платит мужчина. Потому что мужчин раньше и не было.
Так что первый магазин, где кроме продавщицы и манекенов нет ни намёка на пребывание человека, прохожу вскользь и как можно скорее. Ценники реально заоблачные. И за что столько нулей? За вот эту тряпку, которой только полы мыть?
Переходим в следующий. Там уже расценки лояльней, и парочка вещей реально ложится на глаз, но стеснение не позволяет сознаться.
В третьем павильоне Демьян начинает психовать.
