Автор
Главная героиня берётся доказать, что таинственный и замкнутый друг её брата — всего лишь обычный человек. Её провокационные попытки вывести его из равновесия приводят к неожиданному повороту в их отношениях, где за маской безэмоциональности скрывается совсем другой человек.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Язва на полставки» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Главная героиня берётся доказать, что таинственный и замкнутый друг её брата — всего лишь обычный человек. Её провокационные попытки вывести его из равновесия приводят к неожиданному повороту в их отношениях, где за маской безэмоциональности скрывается совсем другой человек.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Главная героиня берётся доказать, что таинственный и замкнутый друг её брата — всего лишь обычный человек. Её провокационные попытки вывести его из равновесия приводят к неожиданному повороту в их отношениях, где за маской безэмоциональности скрывается совсем другой человек.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Дальше Бобик сдох.
В таком виде меня и находят, несколько минут спустя, заходя с дымящейся кружкой. А мне… мне фиолетово. Сил нет двигаться. Но надо. Неохотно принимаю сидящее положение, накидывая на коленки одеяло.
— Держи, — мне протягивают лекарство с приятным лимонным ароматом и три таблетки.
— Я всё брату расскажу, — хмыкаю я, шмыгая заложенной ноздрей.
— Что?
— Что ты меня в кровать уложил и колёсами накачиваешь.
— Это такое «спасибо»? — хмурит брови он, поднимая мои джинсы и вешая их на подлокотник.
Спасибо. Большое спасибо. Да. Но знать ему об этом не обязательно.
— Пельмени убрал?
— Убрал. Всё убрал. Кости ты зачем брала? Грызть? Это такая диета?
— Это суповой набор. Бульона хотела намутить. Я не завтракала.
На меня долго и тяжело смотрят. Вздыхают. Достают из кармана новехонький айфон, на корпусе даже плёнка ещё не снята. Набирают кого‑то.
— Лысый, — выдаёт он явно не мне. — Я не могу сейчас подъехать. Есть возможность перенести стрелку на обед? Или сам его дожмёшь? Годится… Лежи и только попробуй встать, поняла? — а вот это уже адресовано мне и, развернувшись на мысках, уходят обратно на кухню, продолжая разговаривать с собеседником на том конце. — Это не тебе. Чего? Лысый, отвали…
«Лысый»? «Стрелка»? «Дожмёшь»? Я прошу прощения, но какого…? Чем занимается этот человек? Лежу, размышляю об этом и тихонько посасываю горячий напиток, приятно согревающий внутренности и ещё приятней сжигающий к чёртовому прадедушке желудок.
Попутно прислушиваюсь к шебуршаниям через стенку. Кастрюли стучат, вода из крана течет. Ёженьки‑боженьки, он там чё, в натуре суп готовит? Ну не. Я должна это видеть. Нельзя такое пропускать.
— Куда выперлась? Я кому велел лежать? — тут же встречает меня сердитое.
— Отвечаю, харе приказывать. Могу ж и поварешкой по морде съездить, — не люблю я властных интонаций. Дома от отца хватило.
— Потом съезжу я кому‑то ремнём по заднице.
Фи. Ремнём он меня надумал пугать. Корчу физиономию, демонстративно закатывая глаза и высовывая язык. Почти сразу мой подбородок оказывается в цепких мужских пальцах. Рот вынужденно остаётся открытым, а голубые глаза недовольно разглядывают блеснувший в нём металлический шарик.
— И зачем? — спрашивают без восторга. — Тоже дух бунтарства?"
"— Нравится, — бурчу неразборчиво я. Не очень удобно разговаривать, когда тебя так стискивают.
— Считаешь, это красиво?
— А ты у нас консерватор? Баба в парандже, до свадьбы ни‑ни?
— Просто не понимаю.
Смотрит. Уже не на язык. Теперь на меня. Вроде бы обычно смотрит, а меня на холодный пот пробивает. И температура тут совершенно не причём.
— А ты целовался когда‑нибудь с девушкой, у которой есть пирсинг? — спрашиваю зачем‑то. Дура, Радова. Вот реально зачем?
— Нет.
— Ну так попробуй.
