В начале девятого, уминая четвёртый пирожок, Коля пробурчал:
– Не придёт комитетчик, вот увидите, не придёт!
Хотел ещё что-то добавить, но его прервал стук в дверь. Андрей открыл. На пороге стоял усталый и улыбающийся Олег Воронов с букетом цветов.
Войдя в комнату, лейтенант галантно преподнёс букет Оксане, вытащил из кармана плаща и водрузил на стол ноль пять «Армянского».
– Вот это по-нашему! – одобрил Коля.
Оксана поставила цветы в молочную бутылку, вазы у Андрея не нашлось. Сели перекусить.
– Сразу договоримся, – объявил Воронов.
– Расскажу только то, что не является государственной тайной.
Все согласно кивнули.
– И ещё. Если руководство узнает, что я с вами коньяк распивал, выговором не отделаюсь!
– Старик! – промычал Коля, запихивая в рот два пирожка одновременно. – Могила!
Первую подняли «за встречу», вторую традиционно «за присутствующих дам», стоя и до дна. Тематика третьего тоста вызвала небольшую дискуссию. Коля предложил «за нашу контрразведку». Оксана «за то, что все живы». Андрей скомпилировал: «За контрразведку, благодаря которой все живы».
– На пару дней тебя, доктор, оставить нельзя, – сказал Воронов Андрею, поставив пустую рюмку. – Обязательно в историю попадёшь!
Поняв, что настало время серьёзного разговора, Андрей придержал потянувшегося к бутылке Николая, спросил:
– Ты мой разговор с Белявским слышал?
– Конечно, записал даже.
– Что он не шпион, я прав?
– Прав.
– И с мотивом я угадал? Вся эта… история, из-за женщины?
Лейтенант разлил остатки «Армянского», Коля свернул крышку «Слычев Бряга».
– За женщин пили уже. – Олег посмотрел на Оксану. – Повторяться не будем. Давай за твою светлую голову, Сергеев. – Мы шпионов искали, а оказалось, всё из-за таких вот красивых девчонок.
Оксана смутилась, покраснела. Лейтенант опрокинул рюмку, взял последний пирожок.
– Чудо пирожки, передай маме!
– Обязательно, – улыбнулась девушка.
– Кстати, – лейтенант посмотрел на Сергеева, – как ты догадался?
Андрей пожал плечами."
"– Фёдоров, судя по всему, ревнивый был, вечером после дежурства из-за девушки чуть драку в клубе не устроил.
А Белявский – гарнизонный «герой-любовник». Конфликт между ними на «женской» почве был весьма вероятен.
– Белявский бабник был, мимо юбки спокойно пройти не мог. Предложил девушке Фёдорова… – Воронов посмотрел на Оксану, – сделал ей непристойное предложение. Она пожаловалась Фёдорову и написала рапорт командованию. Фёдоров хотел майора на дуэль вызвать, сослуживцы вовремя остановили.
