В маленькой археологической лаборатории жизнь Андрея становится загадкой: каждый день проникает в его сны, заставляя признавать свою истинную судьбу. В окружении странных теней и редких предметов из далеких времен он раскрывает свои самые глубокие страхи — Эдипов комплекс становится не просто теорией, а реальностью, которую невозможно игнорировать....
Ему не нужно было выворачиваться наизнанку, чтобы о себе рассказать, – ему хорошо жилось в своей раковине, из которой он иногда с интересом выглядывал в мир и опять прятался, находя в своей собственной душе бесконечный источник мыслей и впечатлений. Ему не нужно было каждый день видеть новых людей, они и так в его воображении жили, и этого ему хватало – ведь он давно для себя понял ту простую истину, что в жизни все одинаково и только свое собственное передвижение в пространстве дает иллюзию разнообразия.
Глава 23
Так незаметно пришла весна, врываясь в затененную бархатными темно-зелеными портьерами комнату, в которой лучи солнца блестели на вымытых до блеска стеклах.
То, что за порядком следила Олимпиада Ивановна, Лилечку немного обижало. Она не знала, что его представление о его женщине не было связано с кухней, с бытом.
Конечно, Андрей Степанович это понимал, но не хотел менять свои принципы и действовал так, как у него получалось. Быт – это одно, а Лилечка – это другое. Со стороны это выглядело немного странно – когда к ним приходили друзья и Лилечка не подавала к столу.
Во избежание неудобных для себя ситуаций Лилия Яковлевна при гостях больше молчала, старалась запоминать. Она не была светской львицей, она была для этого слишком естественной, но постепенно, раз или два она скопировала одну знакомую, и, наконец, вполне овладела искуством изображать из себя кого-то, а потом ей это даже понравилось. То, что это у нее хорошо получалось, она замечала по Андрею Степановичу, который не раз ее хвалил за вовремя сказанное слово или реплику.
