В Эфемере рассказывается о необычных условиях подготовки новых атмосферных сил — обнуленных заключенных Кубы. Тщательная проверка и выборку необходима на первых этапах обучения, чтобы предотвратить потенциальные угрозы. Потребуется особое внимание к развитию лояльности среди обучаемых в условиях повышенной секретности и безопасности....
Сейчас, вместе с теми, что Десница при «Дезинтеграции» забирала из отбракованных А-сущностей узников Куба при расщеплении, в Ядре оказалось сто семьдесят девять онтоприонов. Если нам удастся найти «живую материю» и с помощью Арахны запустить «Инкарнацию», то это ресурсы для новой партии совершенно свежих и чистых Инков. Я все время думал об этом, принимая тяжелые решения.
Первый Легион официально восстановлен. И совет его командиров — это единственный верховный орган власти в Городе. Военная диктатура Инкарнаторов, но другого варианта сейчас просто не имелось.
Первый Легион не будет находится здесь вечно. Об этом не говорилось в открытую, но мы предполагали, что достаточно скоро многим Инкам придется покинуть Город. А вот получится ли вернуться — очень большой вопрос. Но пока нам предстояло очень, очень много работы.
От объема того, что нужно сделать, становилось страшно. Мы, по сути, были новой властью огромного мегаполиса с разрушенной войной инфраструктурой и крайне недружелюбным окружением, и за каждым ключевым решением люди приходили именно к нам. И от каждого зачастую зависели многие судьбы. Однако мало-помалу, день за днем, клубок проблем, казавшихся неразрешимыми, начал понемногу разматываться.
Наравне с Одержимыми в Первый Легион вошли все прежние Инки Стеллара — после всех перипетий мятежа и войны чуть более ста двадцати бессмертных.
Я очень сильно надеялся, что до этого не дойдет. История Левши показывала, что у нас есть некоторое время — ведь после обнуления он несколько лет был преданным учеником Прометея.
Поэтому терять время не стоило. После последнего заседания трибунала я поймал в Башне-Игле Сталкера, к которому давно имелся ряд вопросов.
