ГЛАВА ДВАДЦАТЬ СЕДЬМАЯ
РАЙДЕР
Детка
ЖИЗЕЛЬ:
Как ты себя чувствуешь после того удара, который получил прошлым вечером? Весь в синяках?
Я:
В черных и синих.
ЖИЗЕЛЬ:
Да, это выглядело ужасно. Им следовало выбросить этого парня из игры, а не выписывать ему 5-минутный штраф.
ЖИЗЕЛЬ:
С другой стороны, этот пенальти принес вам, ребята, первую победу в сезоне. Моя очередь приносить цветы?
В отличие от нашего прошлого сексуального момента, в этот раз мы с Джиджи постоянно общаемся после перепихона в библиотеке. Мы не виделись всю неделю, потому что наши графики были напряженными, а промежуточные экзамены в самом разгаре. Но она постоянно присутствует в моем телефоне. Мы постоянно переписываемся. До такой степени, что если я просыпаюсь и не вижу сообщения от нее, я искренне разочарован. И мой член жаждет снова оказаться внутри нее. Надеюсь, сегодня вечером у нас что-нибудь получится.
Мы с Беккетом заходим в тренировочный комплекс, наши спортивные сумки перекинуты через плечи. Он прикладывает свою ключ-карточку к сканеру у входных дверей, которые автоматически с жужжанием открываются перед нами. Все спортсмены имеют доступ в здание, и каждое посещение в нерабочее время регистрируется. Кто-то сказал мне, что меры предосторожности были приняты после пьяного инцидента в тренажерном зале пару лет назад.
Мы оба поглощены своими телефонами, когда входим в помещение.
Я:
Вместо этого я приму минет. Я имею в виду, пока ты раздаешь награды.
ЖИЗЕЛЬ:
Может быть, позже. Прямо сейчас у меня свидание с ледяной ванной. Только что подъехала к арене.
Я громко смеюсь, когда читаю ее сообщение. Похоже, великие умы думают одинаково. Или, скорее, преданные хоккею игроки. Двери за нами с жужжанием открываются, и в вестибюль входит Джиджи.
Она останавливается как вкопанная при виде нас, но быстро приходит в себя, с юмором глядя на нас.
— Вы действительно вот так проводите свое воскресное утро? Вы неудачники.
Я фыркаю.
— Ты буквально делаешь то же самое.
— Доброе утро, Грэхем. — Беккет поднимает голову, чтобы улыбнуться ей, прежде чем его внимание возвращается к телефону. Он продолжает хихикать про себя.
— Что все это значит? — Подозрительно спрашиваю я.
Он выключает экран.
— Что?
— Ты с кем-то встречаешься?
— Конечно, нет. Я свободная птица, приятель. Меня нельзя держать в клетке. — Он подмигивает Джиджи.
— Вы, ребята, сегодня в тренажерном? — спрашивает она.
— Это буду я, в соло, — отвечает Беккет. — Этот храбрый ублюдок занимается ледяным погружением.
Мы втроем направляемся по широкому коридору к раздевалкам. На полпути я говорю:
— Подожди, — и ныряю в командную кухню, чтобы взять яблоко.