Автор
Вторая глава предлагает увлекательное взглянуть на необычные события в мире профессионального хоккея, где каждое движение — коварство и магия. В третью главу входишь в закрытую сеть влиятельных людей, превращающуюся в тайный клуб сверхъестественных способностей. Стены девятой главы словно раскрываются перед читателем, открывая ход к шокирующей правде о настоящих лидерах ледовой арены....
Похоже, «Эффект Грэхема (ЛП)» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Он мгновение листает экран, и мне видно, что он просматривает приложение с календарем.
— Сегодня Международный день поедания яблок. — Он поднимает взгляд. — Мне показалось, что мы должны это отпраздновать.
Я пристально смотрю на него.
— Ты это выдумал.
Он показывает мне экран. Конечно же, в списке международных праздников действительно есть Международный день поедания яблок.
— Я правда люблю яблоки, — говорит он с небрежным самодовольством.
— Знаешь, а мне нравится этот Райдер. Я и понятия не имела, что ты такой изворотливый.
— Я не изворотливый, — рычит он.
— Тогда почему мы празднуем твою любовь к яблокам?
Он протягивает мне букет.
— Просто забери эти чертовы штуки.
Невольная улыбка появляется на его лице. Я избавляю его от страданий и принимаю ромашки.
— Я действительно люблю цветы, — сообщаю я ему. — Не так сильно, как бабочек, но рядом.
Райдер вздыхает.
— Что? — Мой тон оборонительный.
— Тебе нравятся цветы и бабочки? А я только начал думать, что ты классная.
— Ну, а что тебе нравится? — Я бросаю вызов.
— Точно не это.
— Забавно слышать это от парня, который все утро собирал для девушки цветы, чтобы извиниться.
— Я потратил на это не все утро. Это заняло примерно одну минуту. Я украл их из клумбы своего соседа.
— О Боже мой.
— И это не цветы для извинений, — ворчит он.
— Угу.
— Потому что я не извиняюсь. — Он приподнимает одну бровь. — Я сказал правду.
Я сердито смотрю на него.
— Как бы ты себя чувствовал, если бы я подкараулила тебя после одной из твоих игр, а потом стала бы перечислять все, в чем ты налажал?
— Это не то, что я сделал.
— Тебе не обязательно было отвечать.
— Не надо спрашивать о том, на что не хочешь получить ответ, — возражает он.
— Знаешь, мне больше нравилось, когда ты вообще не разговаривал.
И тут он начинает улыбаться.
Черт возьми. Это моя вина. Я та, кто заставила его улыбнуться. И теперь я вижу эту глупую улыбку, и она убийственная. Я помню, как Камила рассказывала, что он стоит у стены на вечеринках, а женщины толпами на него кидаются, и теперь я понимаю, почему у него такой большой выбор.
— Слушай, если бы это было извинением, гипотетически, я, наверное, мог бы признать, что иногда бываю слишком прямолинейным."
"— Нет! — Говорю я в шоке.
— Не то чтобы кто-то когда-то жаловался.
— О нет, я уверена, всем это нравится.
Он прищуривает глаза.
— Это была плохая идея.
— Нет, — настаиваю я. — Мне нравятся твои гипотетические извинения.
