Автор
Елену Павловну часто тяготило домашний быт, где она чувствовала себя как ласточка — постоянно под присмотром и ограничена в действиях. Но если уж вырвалась из дома, то всегда попадалась неприятность: от несвежего шампанского до парня, который предпочитал другую. Параю с бойцами тоже не казались к месту в жизни Леночки, и каждый раз оказывалось, что приключения все равно ее не ждут....
Как бы там ни было, а вышло удачно.
Получается свекруха, папо Нэвил и рыжий брехали, не опасаясь лишних ушей. А как же целитель Оуэн? Неужели списали заранее? Были настолько уверены в поддержке Вэля, что не стали считаться со смертником? Ужас какой. Это что же выходит: Арвэль сильно подвержен влиянию матери? Не может же он быть простаком. Такие при дворе не выживают. А может Вэль в своем благородстве и прямоте выше заговоров? Балеарский предпочитает действовать в открытую? Вопросы, вопросы, а ответов нет.
""Дело ясное, что дело темное, "" - задумчиво моргнула Елена Павловна. Леди настолько погрузилась в свои мысли, что пропустила все разборки, а они, судя по всему, были нешуточными. Вон с какими недовольными физиями стоят папо Невил (надо, кстати, узнать его официальный титул, а то неудобно) и королева-мамо. А рыжий Джон со зверски перекошенной мордой подхватил на руки охнувшую жену и сам, САМ попер ее на выход.
""Как бы не уронил, лестницы у нас крутые, - озаботилась было Елена Павловна, но быстро остыла.
- Идем, Вэль. Нам нечего тут делать.
Лилейная рука повисла в воздухе. Арвэль с места не сдвинулся. Хуже того, совершенно бессовестным прижал к себе жену.
- Я жду, - королева-мать не привыкла к такому поведению младшего отпрыска. - Поторопись сынок, тебя ждут в Балеаре.
- Да-да, – согласился Вэль, но с места не сдвинулся. – Мы прибудем в Ратленд-холл сразу после того, как починят портал, – пообещал он.
- Поговорим потом, сынок, – нежно улыбнулась женщина. - Без посторонних, - пустив напоследок парфянскую стрелу (реплика или действие (как правило, враждебные), приберегаемые к моменту ухода) она удалилась. Величественно.
Елена Павловна выдохнула и возблагодарила бога. Свалили родственнички. Попутного ветра им в горбатые спины.
- Спасибо за отца Оуэна, - благодарно посмотрела на мужа.
- Никто кроме короля не смеет приказывать герцогу Балеарскому, - скрипнул зубами Вэль. Беседа с родней далась ему нелегко. - Даже мать. Я сам знаю как должно. Сам отвечаю за своих людей, за свою семью, за тебя.
- Я знаю и принимаю тебя целиком.
- А она? - с болью спросил мужчина.
