— Отпусти! — кричу, что есть силы, не оставляя попыток выбраться из сладкого плена.
— О`Нил, прекрати! Ты не дала мне договорить. Я хотел сказать, что не смогу остаться друзьями, ты мне нужна. Слышишь, ты мне нужна, — его слова звучат так твердо и настойчиво, а мои руки повисают плетьми. — Глупая, ты думала, что я смогу просто дружить с тобой?
— Прости, но ты не очень-то хорошо излагаешь свои мысли, — колко замечаю я.
— Не всегда, — договорив, он целует меня снова, сжимая все сильнее в своих объятиях. Мои губы сами собой открываются, впуская его язык внутрь.
Отвечая на новый поцелуй, я отдаю себя без остатка. Поцелуй длится не больше десяти секунд, но по эмоциям он ничуть не уступает предыдущему.
— Это не всё! — нежно прошептал он так близко, оставляя своё дыхание на моих губах.
— Ты хочешь затащить меня в кусты? — дерзко спрашиваю.
— Не сегодня! Или ты серьезно? — расплываясь в своей обыденной ухмылке, спрашивает он.
— Это сарказм! Тёрнер!
— В каждом сарказме есть доля правды.
Я хотел поговорить о нас, а ты убежала, трусиха. Нам нужны правила! — мягко продолжает он, вглядываясь в мои глаза.
— Не кусаться?
— Кусаться можно, только осторожно. Я не хочу, чтобы ты стала очередной жертвой Адель или Кэнди. Для этого наши отношения не должны выставляться напоказ. Я не дам тебя в обиду. Пусть для всех они будут тайной, — он говорит это мягко, а его рука нежно поглаживает мои волосы.
— А может я не одна такая? Или ты стесняешься встречаться со мной? — да, язык у меня острый, не всегда конечно, но сейчас именно такой момент.
— Вот видишь, Нельсон всё-таки промыла тебе мозги. Сара, я не бабник. Собственник? Да! Ревнивец? Да! Бабник? Нет!
— Окей, тогда ты не будешь позволять Такер или любой другой виснуть на твоей шее, и без флиртов. Я тоже ревнивая, — шепчу я, оставляя зыбкий поцелуй на его щеке. — Ещё правила?
— Я уже сказал, что ревнивый, поэтому, Сара, теперь ты моя и только моя! — в ответ второму правилу я улыбаюсь."
"— Согласна.
Он ловит мое дыхание губами, и наша договоренность скрепляется нежным кратким поцелуем.
— Я не доделала домашку, — вспомнив про уроки, шепчу так близко.
— Тогда я провожу тебя домой, — отпуская меня из своих объятий, говорит он.
По пути домой мы идём рядом, наши руки то и дело соприкасаются друг с другом. На улице становится холодно, а мне всё равно, меня мысленно согревает Майкл. Как же мне сейчас хорошо. Мы говорим словно старые друзья, знакомые с пелёнок.
