Автор
Таня делилась: "Значит, владеет своим языком? Майк Марино – черт! Моя жизнь еще ни разу так не била. Я уже думала, что никогда не встретлюсь с человеком, кто так профессионально разбил мне сердце. Марино - звезда Формулы-1, талантливый и перспективный гонщик, которого все восхищенно называют харизматичным и симпатичным."...
Поднимаюсь с кровати, своей футболкой вытираю следы с поясницы и промежности. Руки потряхивает.
Не успела сказать главного. Наверное, не судьба.
Я подбираю свои штаны. Надеваю. Сверху натягиваю футболку Майка, которая хранит массу его запаха.
Даю себе еще две секунды, чтобы навсегда запечатлеть в своей памяти мирно спящего Микеланджело Марино.
– Ты только не ищи меня, ладно? – сдавленно говорю. Он не слышит, конечно же.
Потом ухожу, тихо закрывая за собой дверь."
"Глава 39. Майк"
"Продираю глаза и упираюсь в белый потолок.
– Таня? – зову жемчужинку. В постели я один, а засыпал с ней.
Ответом служит тишина. Голова говорит искреннее спасибо, а сердце окутывает тревога. И с чего бы? Таня в душе, а если нет… В номер к себе пошла переодеваться. У нас рейс через пару часов.
Мозг трещит внутри черепной коробки. Морщусь, пока неуверенными шагами иду до раковины. Включаю холодную воду и опускаю под нее голову.
Кайф!
Ненадолго, но боль смывается в водосток, и я могу яснее видеть картинку перед собой. Клятвенно обещаю больше не дружить с Джеком. Не выходит у нас с ним крепкой дружбы. Наутро последствия.
В номере по полу разбросаны вещи. Цепляюсь за знакомую футболку и давлю лыбу. Жемчу-у-ужина. Хотелось придушить Таню после ее разговора с Энцо. Она ему приветливо улыбалась, и они довольно мило ворковали.
Быстро одеваюсь, вещи бросаю в сумку и спускаюсь к Тане по лестнице.
На самом деле, я не думал, что после вчерашней ночи у нее возникнет мысль слинять с утра пораньше. Лохматой, что ль, ее не видел? Она все равно милая и красивая. Очень красивая.
Останавливаюсь у ее номера, с плеч воображаемую пыль стряхиваю. Волнуюсь, черт бы побрал эту Жемчужину.
– Доброе утро, – на чистейшем английском приветствует горничная, которая выходит из номера моей Тани.
Я как дурак, за спину ее смотрю, выискиваю знакомый силуэт и чувствую себя дураком.
Шутка такая? Как бы старина Джек наутро не понимает юмора. Доказано.
– Здесь девушка была. Есть, – путаюсь. Прикрываю веки. Головная боль возвращается, и я слышу чей-то смех.
– По всей видимости, она выселилась. Я готовлю номер к заселению, – женщина улыбается. Меня это раздражает.
