Гениальный ученый теряет всё за один день: работу, признание, смысл жизни. Но в самый момент отчаяния начинается его необычное путешествие. Одна загадочная находка перевернёт его представление о реальности и откроет дверь в мир, где его знания наконец обретут истинную ценность.
На Chitat.online эта карточка оформлена как отдельная страница чтения: здесь можно открыть «Эхо 13 Род Которого Нет. Том 1» онлайн полностью, сверить автора, жанры и перейти к тексту без скачивания.
Гениальный ученый теряет всё за один день: работу, признание, смысл жизни. Но в самый момент отчаяния начинается его необычное путешествие. Одна загадочная находка перевернёт его представление о реальности и откроет дверь в мир, где его знания наконец обретут истинную ценность.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Гениальный ученый теряет всё за один день: работу, признание, смысл жизни. Но в самый момент отчаяния начинается его необычное путешествие. Одна загадочная находка перевернёт его представление о реальности и откроет дверь в мир, где его знания наконец обретут истинную ценность.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Эхо 13 Род Которого Нет. Том 1» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Они одобряли мой шаг, поддерживали, признавали право завершить начатое Яковым. Каждый мой шаг вперёд отзывался новым ухом — ровным, мощным, будто удар боевого барабана.
Первый шаг — УХ. Моя голова становится чище, лишние мысли исчезают.
Второй шаг — УХ. Тело словно легче, наполняется силой.
Третий шаг — УХ. Уверенность прочно встаёт на место страха.
Четвёртый шаг — УХ. Кровь в жилах начинает остывать, уступая место ледяному спокойствию.
Пятый шаг — УХ. Адреналин наполняет каждую клетку.
Шестой шаг — УХ. Зрение обостряется, и мир вокруг словно замедляется.
Седьмой шаг — УХ. Я ощущаю каждый вдох и выдох.
Восьмой шаг — УХ. Ноги двигаются сами, как в боевом трансе.
Девятый шаг — УХ. Кинжал в моей руке становится продолжением руки.
Десятый шаг — УХ. Цель уже совсем близко.
Я нанёс удар, чувствуя, как лезвие входит в плоть, и сделал рез, чтобы всё закончилось быстро. Кровь хлынула, а его тело дёрнулось и обмякло. Я смотрел, как из него уходит жизнь, и понимал — это моё первое убийство. В том мире я никогда не лишал жизни человека. В этом — только что убил. И осознание этого ложилось на меня тяжёлым грузом, перемешанным с холодной необходимостью.
Интерлюдия 3 — Сергей
Он всегда умел прятать свои мысли за тихой улыбкой и опущенным взглядом. Для всех он был просто молчаливым дружинником, который выполняет приказы и не задаёт вопросов. Его прошлое никого не интересовало — да и он сам никогда о нём не говорил."
"Сиротой он остался рано. Деревню, где он родился, сожгли за одну ночь. Это было нападение монстров — быстрое, беспощадное, с криками и пламенем. Во время хаоса он получил сильный удар по голове и частично потерял память. Когда пришёл в себя, лежал среди дымящихся руин. Его тело прикрывала женщина, раскинувшая руки, словно заслоняя от удара. Позже он понял, что это была его мать. Лица отца он не помнил, а о сестре был уверен, что она погибла в ту же ночь. Её образ растворился в обрывках детских воспоминаний.
После разорения деревни он сначала пытался выжить среди обугленных руин. Ел всё, что находил: сухари, забытые в подвалах, гнилые овощи, даже мясо, давно испорченное. Месяцы тянулись в бесконечном голоде, пока однажды к развалинам не подъехали грузовики. Это была банда мародёров, приехавшая добрать остатки. Ему тогда было лет шесть. Они забрали его с собой, сначала заставляя попрошайничать, выставляя на показ худое тело и грязное лицо.
Жизнь в банде была пыткой. Его били, унижали, держали впроголодь. Но среди них был один человек — старший боевик, который говорил, что только сила даёт шанс выжить. С этих слов Сергей начал тренировать своё тело, даже в детском возрасте, понимая, что однажды его могут продать.
