Автор
Под лучами красного пламени жарких огней, дети расселись вокруг. Они слушают мудрость старого шамана, широко раскрывая глаза от удивления. Вокруг них взрослые тоже сидят в тишине, лишь иногда щелкая ногтями или прихлопывая паразитов. Главный рассказчик сидит на покоробленной кости великого кота, его всем уважают за знания и опыт....
Пока парни шли домой, Мишек оставался молчаливым и насупленным. Идея сделать «просвечивающую трубу» не выходила из головы.
Как только Мишек зашел во двор, оставил корзину с грибами прямо на крыльце, а сам, забежав в дом, бросился к столу. Сдвинул в сторону горшок, протер рукавом рубахи стол. Солнечного света сквозь накануне застекленное окошко падало не сказать, чтоб слишком много, но Мишеку хватало.
Он раскурочил ножиком недавнюю поделку, вытащил из трубочки прозрачные чешуйки и положил на стол. Непонятно, откуда пришла мысль, но помнил, что если чешуйки будут красными, то начнут просвечивать девичьи сарафаны.
Выбежав во двор, Мишек встал у изгороди с трубочкой наизготовку – поджидал какую-нибудь бабенку. В противоположном конце улицы показалась Марушка, уже взрослая, на выданье, девица.
Марушка несла ведра с водой – своего колодца у них во дворе не было, потому ходила к соседям в противоположный конец улицы. Мишек на секунду задумался, не слишком ли плохое дело он затеял – глядеть на приближающуюся Марушку так вот, словно бы она без одежды.
И ничего не увидел. Просто грязная красная муть.
Мишек настолько уверовал в успех, что сокрушительная неудача его попросту парализовала. Он так и стоял столбом у изгороди, сжимая трубочку, пока Марушка не поравнялась с ним и насмешливо произнесла:
- Мишек, ты чего? Свистульку смастерил, а она не свистит? – заливисто рассмеялась и прошла мимо, не оглянувшись.
И так обидно стало Мишеку от этого смеха.
Глава 4
Эффект от выкуренного шарика давно закончился и сейчас Хрума била мелкая дрожь. Мышцы скручивались как пружины, зубы скрипели, череп свербел и чесался изнутри, словно там кто-то прошелся крупным наждаком.
