За драку с бродягами жалованье не повысят, а вот остаться на мостовой с проломленной головой шансы имеются. Потому лучше уж спокойно постоять в сторонке, сохраняя достойный вид и всячески изображая, что ситуация под контролем.
Потершись в толпе, Яник пристроился рядышком с первой выбранной жертвой.
Пока ждал удобного момента, между делом случайно зыркнул на проповедника.
Глянул – и обомлел, не смог отвести взгляд. Не понимал смысла разносившихся над площадью речей, не разбирал слов, но вот глаза… Вместо нормальных человеческих глаз на иссохшем лице поблёскивала пара шлифованных чёрных камешков.
В любом крупном городе можно купить расписные фарфоровые, почти как настоящие, но кому могло прийти в голову вставить в глазницы обсидиановые шарики?
Однако Яник чувствовал, что дело не только во внешнем виде.
Камешки в глазах оказались не обычными. Это они захватывали внимание, не отпускали, затягивали все глубже, заставляли смотреть и слушать.
Ноги стали тяжелыми, ватными, тело скованным и неуклюжим.
Похоже, работа на сегодня закончена… Парень со страхом ощущал себя мухой, угодившей в паучью сеть.
- Святой Миш… Святой Миш… - неслось над площадью.
С благоговением и надеждой, народ встречал нового пророка.
Конец Первой Книги."
