В Эхо первой любви читатели погружаются в мир прохладных вечеров и теплых прикосновений, когда сердце замирает от незнакомого счастья. Атмосфера книги наполняется нежностью и тихой надеждой, словно шепчущаяся мелодия старинной музыки в темном лесу.
Теперь, когда у меня самой почти взрослые дети, я могу точно сказать: хоть раз в жизни прислушайтесь к страстным речам своего ребенка! Уступите ему! Не пользуйтесь своей родительской властью и опытом ханжеской риторики, чтобы погасить в нем жажду справедливости! Пусть он поймет, что мир не совсем безнадежен и неумолим. Пусть узнает вкус победы! Слово «нет» – хорошее слово, но надо уметь его произносить не только в адрес собственных детей.
И никогда не желайте своим детям плохого, если они все же идут против вашей воли.
Фрида старалась идти быстро, чтобы не замерзнуть, но в то же время не слишком спешила. Лучше шагать по дороге, чем томиться на остановке в ожидании автобуса. Ночью прошел сильный снег, и лес, тесно обступивший дорогу, выглядел совсем по-зимнему сказочным. Солнце уже исчезло за верхушками старых елей, оставив после себя бледное зарево, и небо, еще недавно сиявшее лазурью, стало быстро тускнеть, и на заснеженный лес ложилась таинственная лиловая тень.
Фриде вдруг стало не то чтобы страшно, а неуютно и одиноко. Маленькая девушка в вечернем лесу – да тут что угодно может произойти! Фрида тряхнула головой и рассмеялась, прогоняя глупые мысли, и вернулась к предмету своих постоянных раздумий.
"Получив служебную комнату, девушка почти два месяца не приезжала к деду, отговариваясь то работой, которой действительно было много, то трудной дорогой. А на самом деле ей хотелось забыть Славу, понять, что это была не влюбленность, а просто тяга слабой женщины к сильному мужчине на биологическом уровне, а теперь наваждение прошло, и сосед снова стал просто соседом.
Увы… Слава не стал просто соседом, и тяга ничуть не ослабла от того, что была просто биологическая. Фрида очень хотела к нему, и особенно ужасно, что ей достаточно только сказать «да», чтобы быть с ним.
Сказать «да» хотелось до боли в сердце.
