Автор
Весеннее солнце заливало мягким светом комнату, где стены были усыпаны цветами. Темные волосы юноши торчали беспокойно в разные стороны. Его шаги на мраморной лестнице создавали шорох, как будто он нес с собой весь вес этого момента. Он услышал детский голос – звонкий и нежный, словно струна музыкального инструмanta. Его запах был как нельзя более чётким — смесь вины и морской соли, дыхание которого врывается через открытые окна....
«Очень элегантно, и достаточно консервативно для приема в таком обществе!» – иронически усмехнулась Вирджиния.
Было пятнадцать минут четвертого. Теперь она поедет в больницу к Ливии.
Ливия Мур лежала в палате с двумя соседками. Ее кровать стояла прямо у окна. Отвернувшись в сторону, женщина лежала пластом без движения. На тумбочках других больных громоздились книги и фрукты. Дамочки шушукались между собой, но, как только Вирджиния вошла, они сразу же замолчали. Приближаясь к постели миссис Мур, она спиной чувствовала на себе любопытные взгляды.
– Ливия! – тихонько позвала она. – Вы меня слышите? Это я, Вирджиния!
Ливия была совсем плоха. Вирджиния просто ужаснулась, увидев молодую женщину в таком состоянии. Хотя в последнюю их встречу на Скае она была похожа на лунатика, но псе же нежный загар кожи и взъерошенные ветром волосы придавали ей относительно здоровый вид. Теперь же щеки Ливии ввалились, приобрели вялый желтоватый оттенок. Ее руки, что лежали поверх одеяла, время от времени непроизвольно вздрагивали.
Услышав голос Вирджинии, Ливия с усилием открыла глаза, однако посмотрела не на гостью, а в окно, сплошь заштрихованное дождем. При этом было ясно, что она не воспринимает ни погоды, ни мокрой зелени газона, который раскинулся прямо под ее окном.
– Ливия, я принесла вам кое-что почитать, – сказала Вирджиния, вытаскивая журналы из намокшего пакета. Но ей уже было ясно, что молодая женщина не способна сейчас читать. – Я подумала, что вам здесь очень скучно…
Ливия не шевелилась. Только руки ее снова и снова безвольно ходили по одеялу.
– Да ей прямая дорога в психушку, – негромко проворчала одна из обитательниц палаты. – Ума не приложу, что она здесь делает.
Похоже, Ливия не пользовалась особой любовью окружающих. Ее соседки, пухленькие и румяные, уже почти выздоровели и ожидали скорейшей выписки.
– В первую очередь ее необходимо поставить на ноги, а о душе можно позаботиться и позже, – заметила Вирджиния.
