Темные закоулки старого дома и внезапное возвращение пропавшего времени — все это в книге "Экономка тайного советника". Здесь описывается предательство, которое разрушило семью и город. Старый дом, наполненный воспоминаниями детства и слезами прошлого, становится ужасным мемориалом для тех, кто ждет своего конца....
Не благодари! Сейчас прикажут перенести тебя в чистую комнату, отмоют и дальше общий уход, неделю будешь лежать, и сам читать заклинание, какое я тебе чуть позже на листочке напишу. Понял?
Алексей всхлипнул, как ребёнок и кивнул.
Он и не собирался меня благодарить, ни прости, ни извини, я от него не дождалась.
А у меня, между прочим, с головой какие-то проблемы, но о себе я позже подумаю…
— Уля! Ты как? Ох! Боже! Твоя голова! Милая, любимая, да как же, Уля! — Разумовский знает, что первые секунды мне лучше не мешать.
Платье разодрано, кажется, что царевич мной тут полы подметал, но это уже мало кого волнует. И я впервые за время «работы» увидела, что платье в крови…
Но вроде как и не больно…
— Да, пришлось его пнуть в причинное место. Подрались немного с царевичем. Бывает. Прикажите холодное полотенце ему подать, остудить немного не помешает.
И смеюсь.
— Боже, твоя голова… А если бы я не успел? — он смотрит на меня с ужасом и не может приловчиться, как меня поднять.
— Что за глупости, ты всегда успеваешь…
И сама падаю в его объятия.
Глава 64. Откровенный разговор
Очнулась уже в комнате, сначала думала, что это царский дворец, присмотрелась, а это наши комнаты на втором этаже. Разумовский отвёз меня домой?
На голове чалма из полотенца, меня кто-то искупал, пока я без сознания отлёживала бока?
Очень надеюсь, что это была Варя.
— Пить!
— Очнулась! Андрей Васильевич, она очнулась! — сестра крикнула новость в коридор и вернулась ко мне.
А я вдруг отчётливо вспомнила, что уже приходила в себя, потом снова отключалась. И кто-то шептал надо мной, что уже неделю так страдаю, и уже все волнуются, а я всё не могу справиться со своей бедой.
Неделю?
Мне чуть снова плохо не стало.
— Уля! Наконец-то, ты как себя чувствуешь? — Варенька подошла и взяла меня за руку. Сама рыдает, но хоть с улыбкой.
— Нормально! А что?
— А то, что ты чуть не умерла. Он ударил тебя какой-то железной палкой.
Я лежу в подушках, это не чалма, у меня голова перевязана. Сейчас только вспомнила, что видела кровь в комнате царевича. Даже не поняла откуда.
