Автор
Взрыв молчания: резкий старт в бешеной атмосфере секретного расследования. Эксклюзивная история об исчезновении высокопоставленных чиновников, где каждая секунда важна. Вы не найдете здесь романтической сказки — только холод и решительность.
— Ты когда спишь, смешно брови хмуришь, — шепчу я, тыча пальцем в складку на его переносице. — Так ты быстро станешь морщинистым, и я тебя разлюблю.
Карим сонно кривит лицо и, смахнув мою руку, продолжает спать. Мочевой пузырь уже в который раз намекает, что его терпение на исходе, поэтому приходится экстренно нестись в туалет.
Сидя на унитазе, я времени даром не теряю — следуя намеченному плану, изучаю расчёску. Остаюсь удовлетворённой: длинных волос на ней нет. Для закрепления результата несколько раз провожу зубьями по спутанным прядям, чтобы оставить на них свои ДНК.
— Ну и кто кого разбудил, Исхаков? — усмехаюсь я, когда застаю Карима сидящим на кровати. — Вася-то ранняя птичка.
— Если ты ещё и завтрак приготовила, цены тебе не будет. — Зевнув, он смеривает взглядом мой лук: растрёпанные волосы и босые ноги, торчащие из-под его футболки.
— Не настолько ранняя.
Я плюхаюсь на кровать и моментально оказываюсь в его горячих объятиях. Карим зарывается лицом в мои волосы и слегка прикусывает шею, пока его руки похабно шарят у меня под футболкой.
— Нет-нет-нет! — Я упираюсь ладонями ему в грудь, сдерживая сексуальный натиск. — Мало времени. Идём пить кофе, а потом ты везёшь меня домой собираться. Владелец — жуткая зануда и постоянно придирается к внешнему виду.
— К твоим грязным рубашкам?
— Вот видишь! — Обличительно ткнув в Карима пальцем, я спрыгиваю с кровати.
Спустя пятнадцать минут мы завтракаем приготовленными мной бутербродами с сыром (мой фирменный рецепт из микроволновки) и пьём кофе. Глядя, как Карим без энтузиазма поедает хлеб, я всерьёз думаю, что было бы неплохо освоить готовку. Мама и бабушка-то у него прекрасные хозяйки, и будет несправедливо посадить Карима на диету из покупных пельменей и сухомятки просто потому, что ему не посчастливилось выбрать меня.
По возвращении домой выясняется, что обе рабочие рубашки испачканы, так что времени на сборы уходитнемного больше, чем планировалось. Одну из них приходится экстренно застирывать, а потом не менее экстренно сушить феном. Досыхает рубашка уже на мне, и Карим, судя по его скептическому взгляду, тоже это замечает. Хорошо хоть, ничего не сказал, потому что тогда бы мне пришлось огрызаться и испортить это чудесное утро.
Правда на этом казусы не заканчиваются.
