В темном подъезде холодная смерть непостижимым образом раскрывает тайны семейного клана. Нелепое умирание настолько поражает, что зритель невольно задерживается, словно притягиваемый нечистой силой страха и предательства. В этом месте смерть лишь начало загадочной истории, таящей в каждом жесте и каждом краю этой ужасной дымы....
Встретишь и не узнаешь.
Дима лишь долю секунды видит врага. Бросает сцепление, нажимает на газ. “Шестерка” с ревом мчит задним ходом к выезду со двора. Подъезд с мужиком, застывшим на пороге, исчезает из виду.
На выезде со двора Дима, не снижая скорости, резко крутит рулем. Машина выскакивает на улицу, идет юзом. Отчаянно пищат шины. “Шестерку” саму собой разворачивает на девяносто градусов. “Надо же, – думает Дима, – у меня получился почти “полицейский разворот”. Жаль, не видит никто”. Он давит на газ, и “шестерка”, ревя, мчится по улице, удаляясь от Диминого дома.
* * *Только минут через десять, спустя шесть светофоров, к Диме вернулась способность соображать. Кажется, погони за ним нет.
И тут его стало колотить изнутри. Организм его наконец осознал: только что он избежал смерти. Однако сознание Димы никак не могло понять, что же произошло.
– Кажется, меня только что хотели убить, – произнес он вслух. Однако эти слова ничего не значили. Он не понимал их смысла.
Дима выехал на Каширское шоссе и помчался к центру.
Вот развилка Каширского шоссе и проспекта Андропова. Каширка идет прямо, проспект – правее. Светофор, будка дорожно-патрульной службы, скучающий сержант.
Дима на полной скорости свернул на проспект Андропова.
И тут Дима заметил в зеркале заднего вида подозрительную “девятку”.
""Девятка” явно спешила – металась из ряда в ряд, подрезала.
Типичная “БМБ” – “боевая машина братвы”: серый цвет, широкие “лапти” колес, наглухо тонированные стекла. Не по его ли душу?.. “Да нет, – успокоил Дима себя, – мало ли в Москве подобных пижонски уродских машин!..""
И все же в сердце толкнулась тревога.
""Девятка” поравнялась с Димой и ехала рядом, бок о бок. Сквозь тонированные стекла за ним, казалось, наблюдали. А может, целились в него? Полуянов почувствовал себя неуютно.
""Девятка” по инерции проскочила дальше. Заметила пропажу “шестерки” и тоже тормознула. А Дима нажал на газ и вывернул руль влево.
Акселератор в пол!.. Вторая передача, третья, четвертая!.. “Шестерка”, ревя, помчалась вперед. “Девятка” бросилась ему наперерез, по диагонали, но… Дима набрал хорошую скорость, к тому же дорога шла под уклон.
