Девушка резко отвернулась, поэтому не увидела багровеющее лицо Игоря.
Через час, когда уже насильники, нехотя и понуро опустив головы, углубились в лес, из лагеря исчезли две лучницы и один большой мужчина. Это могло вызвать различные фантазии у пубертатного возраста юноши, но реальность оказалась жестокой.
Ни Света, ни Таня не промахнулись, а Большой поработал ножом. Насильников раздели, бросили в небольшую яму, забрали еду и ножи, а потом, делая большой крюк, направились обратно в лагерь, подстрелив по пути двух крупных глухарей. Можно было еще взять толи лося, толи оленя, так как по еще теплому навозу зверя точно определить не получалось его вид. Животное гуляло где-то очень близко, но не стали выслеживать зверя, цели вылазки были другие. Долгое же отсутствие обязательно было бы замечено.
Глава 5
— Пытаю тя аще, ты кто есть? — спрашивал гладко выбритый мужик, с крестиком на шее высшей степени странного чужака.
Георгий молчал. Нет, не потому, что не хотел выдавать тайны, как в фильмах про войну, а потому, что его организм, в вопросе защиты носителя, решил полностью игнорировать внешние раздражители. Но такое состояние могло привести и к лишению разума, а Жора очень хотел жить, поэтому, постепенно, но Георгий приходил в себя.
Он ушел из лагеря археологов, как только узнал, что они собираются общаться и действовать в связке с Шишоном, которого боялся до смерти и даже больше. Бывший водитель и представитель зарождающейся советской буржуазии был уверен, что опасный предводитель деревенской шпаны, сможет сложить два плюс два, и вычислит Георгия, как любовника несостоявшейся невесты моховского хулигана. Тот обязательно обвинит Жору и в смерти Зины, что отчасти было правдой. Если бы он тогда не оттолкнул, а, напротив, втянул девушку на склад, то Зина была бы жива.
Не поверил Жорик в ту чепуху, что несли студенты. Какое прошлое? Срочно выбираться и бежать в милицию. Георгия, конечно, смутило наличие дубравы рядом с деревней, как и густого леса, чудь в стороне, но в Мохове он бывал набегами и местность знал плохо. В полголоса ругаясь на плохую работу лесников, Жора шел в сторону колхозного коровника, до которого должно было быть не больше трех километров, но ни дороги, ни домов, он так и не увидел, посчитав, что заблудился.
Уже ночью Георгий выбрался на небольшое поле, где были заметны следы неглубокой вспашки и большого пожара. Редкие пеньки еще выступали над землей между пахотными бороздами. Впереди внизу большого обрыва был Днепр.
Крики, больше похожие на боевой клич, Жора услышал, когда присел передохнуть на обгоревший пенек. Беглец упал навзничь, практически полностью врывшись в землю. Страх обуял Георгия, и тот даже не смел некоторое время пошевелиться.