Лида знала, что слово «супружняя» не означает провозглашение ее женой, это что-то вроде по мягкому варианту «моя походная жена», ну а немягкому Олег провозгласил девушку перед своими воинами его шлюхой, правда только ее, ни какую-то другую девицу, но ведь шлюхой.
Лида не повела и бровью на такое определение своего статуса, она уже звериным чутьем чуяла, что этот сильный мужчина поддается на ее чары. Видела, какое удовольствие он получает от ее ласк, как он на них податлив, как откровенен с ней. Уже тогда, после первой их ночи в городе, который в один момент приобрел имя Славград, Лиде удалось смягчить Олега и даже уговорить того оставить корабли разбитых варягов и продать еще коней горожанам. Это была ее победа.
Но после побед часто на эйфории случаются поражения, как это было и в первый вечер вне общины, вне защиты Посталовского. Князь указал ей возлечь с ним прямо на глазах ближних воинов. Это было сказано Олегом без тени смущения, как необходимое мероприятие. Пусть, мол, позавидуют мои воины, какая у меня есть игрушка, и как я с ней расправляюсь. И она легла. Показательно спокойно улеглась на траву, чуть приподняла подол платья и расставила руки.
Олег не ожидал таких действий девушки, вероятно, он рассчитывал, что Лида покажет все свои умения, что продемонстрировала в городе, но его «супружняя» не отказала «супружняться», но и не стала той, о которой весь день думал князь, все ожидая вечера для близкого общения. Неловкие, неуверенные движения Олега, недоумение в глазах чаще всего безэмоционального человека, но князь не отступил… Под улюлюканье своих воевод и приглашенных к главному костру дружины сотников, Олег сделал то, что должен.
Князь тоже был заложником традиций и дружинного братства и не мог отступиться, как не мог он пока и взять в жены Лиду. Пусть и была у Олега жена в Новгороде, но бездетная, он мог взять еще одну и объявить своей. Но что это за женитьба? Кто такая Лида? Нет за ней важных людей, которые помогут делу жизни Олега — создание своего государства. Только строящийся городок, пусть и еще до конца не осознанными чудесами, это не поддержка в делах.
— Я стану значимой, я приеду в Славгород в сопровождении сотен воинов и погощу там несколько дней, чтобы встречали с хлебом-солью, чтобы Посталовский поклонился, а Кручинина прислуживала мне за столом, — говорила сама себе Лида, после того, как встала с травы и гордо, даже надменно, рассмотрев всех присутствующих при ее позоре, ушла на корабль.
Она не плакала, она сильная, но вот только слезы сами текли по щеке. Хотя начинал накрапывать дождь и скорее всего это он причина появившейся на щеках влаге.
* **
— Эй, Солдат, открывай свой дворец, — в дверь настойчиво стучали.
— Да, что-то мы и вправду загулялись.