Вынужденная притворяться психологом, героиня попадает в ловушку к циничному и настойчивому мужчине. Серия собственных ошибок приводит её к полной зависимости от него. Теперь предстоит разобраться, кто на самом деле в этой опасной игре охотник, а кто добыча.
С людьми твоего достатка я ни за что не буду связываться.
– Потому что не выносишь деньги?
– Потому что ты априори будешь выше меня.
– Выше это значит доминировать? – я не успела сформулировать достойный ответ, потому что в этот момент почувствовала его руки на застежке бюстгальтера. Почему она, черт возьми, спереди?! Какая-то секунда и он расстегивает застежку.
К счастью, моя грудь остается закрытой. Правда ненадолго. Архангельский поддевает пальцами кружевные чашечки и оголяет мою грудь. От беспомощности сжимаю руки в кулак, крепко зажмурив глаза. Ну уж нет, не буду я доставлять ему удовольствие и брыкаться.
– Я правил не нарушаю, – слышу насмешливый голос. – Теоретически, лямки лифчика на тебе, так что ты не голая. Третьим моим желанием будет, если ты еще не поняла, чтобы ты кончила, – шепчет в уголок рта и тут же едва ощутимо проводит пальцами сначала по одной, затем по другой груди.
От этого, казалось бы, простого прикосновения, соски моментально затвердели и тело покрылось мурашками. Готова покляться, что он улыбается. Хорошо бы, если бы на этом он остановился, но нет, он смял грудь, намеренно сжав между пальцами соски. Как бы мне хотелось сказать, что это гадко и противно, но это совсем не так.
Почему я на это так реагирую?! Кого я сейчас больше ненавижу? Себя или его? Пожалуй, себя.
– Кстати, ты неблагодарная. Я за тобой как мог ухаживал, а ты даже спасибо не сказала.
– Сказала. Только что, – открываю глаза, попадая взглядом на его склонившуюся над моим лицом щетинистую физиономию.
– Видимо, пропустил.
– А ты отлепи уже взгляд от моей груди и взгляни на мою руку, там тебя ждет благодарственный фак. Для особо одаренных предпенсионеров: фак – это выпрямленный средний палец, означающий пошел на ху…
Договорить он мне не дал. Перехватив меня за подбородок и несильно, но все же весьма ощутимо сжав его, он накрыл мои губы своими. В крови бурлит адский коктейль из возмущения, страха и неподдающегося здравому смыслу желания. Мне бы укусить его, к чертовой матери, как в прошлый раз, а я зачем-то я впускаю его наглый язык в рот, и сама же отвечаю на поцелуй. У кого еще и проблемы с головой. Больная какая-то, ей-Богу! Самое позорное, что не я это останавливаю, а он первым отлепляется от моих губ. Господи, лучше бы не открывала глаза.
Сколько же в его взгляде триумфа. Хочется сдохнуть на месте от своего фиаско. Вновь зажмурила глаза, пытаясь представить все самое ужасное, дабы снять с себя это наваждение.
