Автор
Героиня вынуждена притворяться психологом для наглого и развратного мужчины, скрывающего свои истинные намерения. Но серия её ошибок приводит к полной зависимости от него. Теперь ей предстоит разобраться, где заканчивается игра и начинается реальность опасных чувств.
И опять эта его долбаная улыбка, из-за которой у меня вся живность слетается в животе. Бабочки нервно курят в стороне.
– И не думала. Я такой банальщиной не занимаюсь. Ты меня сам прервал, я всего лишь хотела сказать, что я давным-давно знаю Сашу, он хороший знакомый моего брата. А так Миша не смог меня забрать, и попросил приехать его, – дебилка. Надо было намекнуть на то, что он давно в меня влюблен.
– Вот удивительная ты девушка, Наташка. Могла сказать что-то более цепляющее, например: Сашка классный и давно в меня втюрился, но мой брат не разрешает нам встречаться. Но Санек не оставляет попыток добиться моего расположения и трахнуть меня во всех мыслимых и немыслимых позах, вот и решил меня подвезти, – жаль. Очень жаль, что у меня нет ни молотка, ни гвоздей.
– Ты тоже удивительный мужик, Славик. Взял и извинился, не дав мне повода забить тысячу гвоздей в твои предпенсионные кубики.
– О, Натаха проснулась. Скучал по тебе, дорогуля, – ну круто. Сейчас я уже почти проглатываю «Наташку» и «Натаху», а что дальше? Тотальное попадалово. Может, и правильно поступал мой брат, не влюбляясь ни в кого. – Куда?! – слышу громкий возглас Архангельского, когда я собираюсь откусить вторую шаверму.
– Э-э-э… в рот.
– А в нос не хочешь?
– В смысле?
– То есть тебя не смущает, что нас двое?
– И?
– Вторая шаверма для кого?
– Для растущего организма. То есть для меня, – молчит. И вроде максимально серьезный, но чувствую, что хочет улыбнуться. – Ясно, вторая – для твоего уже переросшего. Ну так, тебе для справки. Я по три штуки ем.
– Так, для справки, там лук и чеснок, – парирует в ответ. – Вонять, так вдвоем. Дай хоть откушу, – нехотя протягиваю ему шаверму, и он… кусает. Точнее, откусывает половину!
– Выдающийся у вас рот, Вячеслав Викторович. Откусить всю курицу и оставить мне соус с ошметками – это прям мощно.
Тщательно прожевав, он поворачивается ко мне и снова откусывает шаверму. Ну, круто.
– Вот теперь остались ошметки курицы. Доедай, – улыбаясь, произносит Слава. – Вкусно, – смотрю на остатки лаваша в руке и желание размазать соус по его щетинистой морде превалирует над здравым смыслом. Ну и ладно, что он мне за это сделает?
– Только посмей. Я тебе жопу потом отобью, – угрожающе цедит Слава. Да, блин, как он это делает? Теперь я еще больше хочу это сделать и вывести его на эмоции. Да, детство в одном месте по-прежнему играет.
