В дни последних дней Влада, солнце словно жестоко отмечало его присутствие, ярко светило. За спиной тишину разрывала лишь мелкая техническая чистота ворот колонии №8. Выстроились нагло девять машин — и поперек дороги, и на аккуратных тротуарах. Это было знакомое, но теперь еще более отчужденное зрелище: люди приехали за своим днем....
Зло ревущий мрак, стихийное бедствие хаоса, невыносимый просто непереносимый жар. Ударивший по моему сумасшедшему телу. Заставивший сделать одно движение — с ненавистью податься вперед. Впилась в его губы ненавидящим поцелуем. И внутри все снова вспыхнуло. Укусила. Ему больно. Прорычал. Но не отстранился. Резко обхватил, вжал в себя до боли. Двинулся назад, увлекая за собой.
Язык по языку — мысли в огненный смерч и разум в сметающий тайфун. Только вскипевшая кровь в теле и нервы, звенящие от достигнутого предела.
Резко повела головой — не разжал бы зубы, то прокусил бы губу. Дыхания не хватало, когда снова подалась вперед, обхватывая его за плечи, вжимаясь сама, пытаясь насытить огонь, полыхающий в голове, в сердце, в венах."
"Подхватил под ягодицы. Онемевшие ноги сжали его тело. Руками за шею, плечи, обхват и понимание, что мало. Тому всему, что бушевало внутри этого мало.
Стол.
Отстранился, прерывая давление на моих зудящих, покусанных губах. В глазах яростное возражение и краткий миг замешательства, когда понял, что оттолкнула не для этого.
Дрожащей рукой толкнула его еще назад, не могла отпустить взглядом темные, просто черные глаза. Еще назад. Притянул к себе за талию, прижал. Отступая.
Не сел — упал, не расцепляя рук, помогая еще в падении принять положение сидя на себе.
Дичайший огонь под кожей, заставляющий прогнуться в спине и откинуть голову, когда его руки под блузку и мое шипение, когда его горячие губы по шее. Ритм биения сердца ушел за пределы возможного, когда надавил руками, заставляя максимально прижаться к своим бедрам и давая ощутить, что отступать поздно.
По телу волна обжигающего свинца, заставляющая сбито выдохнуть, снова прогнуться, прижаться теснее.
Пальцами потянулась к вороту рубашки, за него и под него. Его кожа горячая, пускающая онемение в кончики пальцев. Мало. Мешает ворот. Мало.
Отстранил руки резко, почти грубо. Впился в губы, запуская взрывную волну, краткий рывок за полы своей рубашки. Пуговицы в сторону, легкая волна дурманящего парфюма.
