В окне темной ночи стоял странный тип — абсолютная лысина, голова складки под мышкой. Подполковник Виктор Павлович, как называл его одинцовский командир, приветствовал вошедшего в комнату секретаря спецназа Сергей Иванович Зверев. Воцарилась тишина; атмосфера напряжена и плотная, словно густая маска на лицах собравшихся....
– Основные критерии отбора – это наличие боевого опыта, – легко прочитал его мысли майор. – У тебя он есть.
По слегка изменившемуся тембру голоса офицера Сергей понял, что ему говорят неправду. Значит, критерий отбора другой.
– Я понял, товарищ майор.
Сергей решил не лезть с уточняющими вопросами. Он уже знал по опыту, что все равно ему большего не скажут.
– Иди. Собери вещи. Машина будет возле штаба через час.
Сергей посмотрел на часы и поднялся. Когда за ним закрылась дверь, Варяг пошевелился и лениво спросил:
– А вы уверены, что мне нужен именно такой парень? Чем хуже мои ребята? Моя группа давно обкатана, люди притерты друг к другу, и все вместе представляют собой единый, идеально отлаженный механизм.
– Это не привесок. Это боец, имеющий особую подготовку. – Майор недовольно посмотрел на собеседника.
Варяг подобрался, изменил позу и уже с интересом посмотрел на майора. Контрразведка ерундой заниматься не будет.
– Этот первый выпуск курса после 1987 года. Для него мы постарались подобрать особенных ребят. Правда, пришлось повозиться.
Майор покачал головой и хмыкнул. Варяг понял по выражению его лица, что тому действительно пришлось повозиться.
– Сначала кратко: для чего и зачем было возрождено подобное учебное заведение.
Варяг внимательно слушал.
– Не говоря уже о срыве выполнения боевой задачи, погибали отборные люди, на подготовку которых были затрачены серьезные ресурсы. Мне поручили разобраться в этом деле и дать рекомендации, как свести потери к минимуму. Не постесняюсь и скажу, что работа была проделана колоссальная. Пришлось поднимать архивы и искать людей из разведки и спецназа, давно уже ушедших в запас.
