В окне темной ночи стоял странный тип — абсолютная лысина, голова складки под мышкой. Подполковник Виктор Павлович, как называл его одинцовский командир, приветствовал вошедшего в комнату секретаря спецназа Сергей Иванович Зверев. Воцарилась тишина; атмосфера напряжена и плотная, словно густая маска на лицах собравшихся....
Я тут запрашивал Москву… после того как мы разбомбили все бензовозы генерала, его взяли на содержание турецкие спецслужбы.
– Так… – протянул командующий. Он посмотрел на пепельницу. – Ну и что? Только поэтому ты не спишь?
– Совсем недавно Абу-Салим имел встречу с одним из представителей турецких властей. И сразу после этой встречи он двинул весь отряд к границе Турции и Сирии. Я думаю, что он выйдет вот сюда, – подполковник показал карандашом место на карте.
Генерал-майор вытянул шею и посмотрел. Авдеев убрал карандаш.
Командующий негромко выругался.
– Я того же мнения, – невозмутимо сказал разведчик. – Здесь проложены маршруты наших «сушек». Турки извещены об этом официально.
Гул от турбин взлетавшего самолета заглушил слова подполковника. Вагончик вздрогнул и на миг осветился резким слепящим светом. На окне колыхнулись занавески. После взлета самолета в вагончике наступила тишина. Авдеев и его гость молча смотрели на карту, освещаемую нешироким кругом света. Над стаканом с чаем начали кружиться мошки.
– Дай-ка сигарету, – негромко сказал генерал. – Я свои в кителе оставил. Да и сам кури. Выговор я тебе уже объявил.
– Я вызвал сюда группу специальной разведки ГРУ, – подполковник протянул пачку генералу и щелкнул зажигалкой. – Ребята опытные и отлично показали себя на недавнем задании в Сирии.
– Зачем? – хмуро спросил генерал.
– Пусть посмотрят за Абу-Салимом, побудут рядом. Я еще не знаю, зачем. Так, на всякий случай.
Генерал курил и мрачно смотрел на карту.
– Сладкий любишь? – спросил он и, не давая времени Авдееву на очевидный ответ, с надеждой спросил:
– Слушай… а может, банду Абу-Салима выводят на переформирование? Пополнят ее людьми, дадут отдохнуть, и потом снова в бой?
Авдеев покачал головой.
– Я знаю, куда выводят боевиков на отдых. А тут глухой район с парой деревень в округе. Так что вряд ли, товарищ генерал. Чует мое сердце, что нам готовят какую-то пакость.
– Так уж и пакость? Да что твой Абу-Салим сможет сделать? Сколько у него человек?
– Около сотни «стволов».
– Ну? Это что, серьезная боевая сила?
– Я не люблю слово «вдруг», товарищ генерал, – спокойно сказал подполковник. – Вы же знаете, как у нас бывает: геройство одних – это почти что всегда следствие преступной халатности других. А я не хочу, чтобы меня обвинили в преступной халатности.
– Можно подумать, что я хочу!
Командующий нахмурился, разглядывая чай в стакане.
