В окне темной ночи стоял странный тип — абсолютная лысина, голова складки под мышкой. Подполковник Виктор Павлович, как называл его одинцовский командир, приветствовал вошедшего в комнату секретаря спецназа Сергей Иванович Зверев. Воцарилась тишина; атмосфера напряжена и плотная, словно густая маска на лицах собравшихся....
Огонек исчез и больше не появлялся.
Двигатель вертолета резко увеличил обороты. Сергей понял, что высадка группы уже произведена в максимально быстром темпе. Летчики тоже поняли, что попали в засаду, и теперь спешили побыстрее поднять тяжелую машину в воздух. И это было правильно. Помочь сейчас они ничем не могли.
Все вокруг заволокло пылью. Сергей почувствовал, как его стукнула по спине поднятая мощным воздушным потоком ветка. «Ми-8» поднялся и замер в метре от земли, слегка покачиваясь в воздухе. Затем пилот изменил угол наклона лопастей и под углом в сорок пять градусов на форсаже резко ушел в небо.
Вслед «вертушке» загрохотал пулемет. Вспышки выстрелов высветили камни, за которыми стояла машина. Сергей выругался. Оттуда, где он лежал, виден был только ствол пулемета.
– Варяг! – крикнул Сергей в наушник. – Слышишь меня?
– Слышу, – отозвался капитан.
– Здесь засада! Прикрой! Я сейчас пулемет успокою!
– Подожди Шеста, вместе пойдете!
– Не надо! Я сам! Прикрой!
– Делай, Кубинец! – отозвался Варяг через секунду.
Сергей рывком освободился от тяжелого рюкзака, подхватил автомат и вскочил на ноги.
Кубинец бежал, пригнувшись, делая широкую дугу и заходя во фланг пулеметчику. Он ни разу не упал и не споткнулся.
Как только он отбежал в сторону, оставшиеся на месте спецназовцы открыли огонь. На камнях, за которыми стоял джип, заискрили отлетающие рикошетом пули.
