Автор
Вступая в мир "Экстрима", где каждый день оказывается на грани между сном и бодрящим зовом будильника, вы несказанно удивитесь. Время словно замедляет свой шаг, а ночные кошмары перерождаются в обычную утреннюю рутину — мышеловка на часах готова вас поймать за шкирку. Но даже при таких условиях вы все равно остаетесь предельно внимательным и осмотрительным, как засадный лесной песец на воле....
— Пицца! Она отравила еду, подсыпала яд!
— Нет, — успокоил меня Виктор, — лепешка сама по себе оказалась испорченной. Марина пока не предпринимала никаких действий, она только присматривалась к обстановке, составляла план, размышляла, как лучше извести девочку. Она ведь вначале хотела и перед ней изображать привидение, явилась в сад к Адашевой, но ты ее спугнула. Марина убежала, оставив на кустарнике сумку. Но потом она надумала применить другую тактику, ей в голову пришла простая мысль.
Катя, скорей всего, не в курсе той давней истории.
— А Катюша знала о случае на шоссе?
— Нет, Соня ей ничего не рассказала. Но перед самой смертью заявила дочери: «Если со мной вдруг случится что-то плохое, ты не должна бояться девушки в белом платье с венком на голове. Дай честное слово, что не станешь пугаться, наткнувшись на нее».
Катя удивляется, но мама настаивает, и девочка ей пообещала, что не будет бояться, если встретит похожую особу.
Честно говоря, Катюша думает, что мама переутомилась на работе.
— А как она туда попала? — воскликнула я.
Виктор улыбнулся.
— Элементарно, Ватсон. Приехала к дому, вошла в подъезд и увидела объявление, приклеенное на доску прямо на самом виду: «В воскресенье всех жильцов с 9 до 14.00 просят быть дома. На собрании примем решение поставить железную дверь в подвал, а также врезать замки во все кладовки. Деньги на замок принимают в домоуправлении».
Катя находит там пакет с одеждой «привидения», задумывается и, на всякий случай прихватив его с собой, прячет в «Ниве». Катя пока не понимает, зачем ей платье, венок и туфли, но ей кажется, что эти вещи имеют большое значение.
— Кладовка, — цокнула я языком, — я совсем забыла про нее, хотя ведь слышала от соседки Марины про чулан.
— Папку с подлинниками документов. Девочка решила, что Зелимхан отдал ее Собакину, а тот сунул бумаги в чулан. Понимаешь, Варвара пару раз обронила туманные фразы о неких документах, которыми владел хозяин. А Катя проверяла все версии.
— Я же спрашивала у Кати, был ли в доме шофер!
А она пробормотала, что ничего о нем не помнит.
