Автор
В глубокой темной комнате царит напряженная атмосфера. Жемчужные огоньки свечей играют на обнаженном теле ректора, который вновь предстоит принять экзамен — этот раз с другой партнершей. Улыбка мужчины становится хищной, когда он приближается к своей цели.
— Когда я тебя отпущу, беги, очень быстро беги на выход и спрячься между машин, папа уже едет, — чувствую, как Даня сжимается и глубоко вдохнув поднимаю ногу и резко вдавливаю каблучок в ногу мужика, что стоит позади меня. Тот начинает дико орать, Алена тут же срывается с места, а я отпустив малыша кричу:
— Беги!
Даня спрыгивает с меня и начинает убегать. Я быстро замахиваюсь локтем и пытаюсь ударить мужика в живот, но он резко перехватывает мою руку и заламывает ее назад, резкая боль пронизывает тело, и я кричу.
— Тварь, — мужик рычит мне в ухо и второй рукой дергает меня за волосы.
— Лови пацана, дура! — Орет он Алене, а я пытаюсь повернуть голову, чтобы посмотреть куда бежит малыш. Но не успеваю, так как меня уже валят на асфальт и заламывают обе руки назад.
Глава 91
Слышу детский визг и мое сердце останавливается и падает в пятки. Я не знаю каким образом, наверное, в состоянии аффекта, я все-таки вырываюсь от амбала и ударив его ногой по лицу поднимаюсь с асфальта.
Срываюсь с места и несусь туда, я в таком состоянии, что, наверное, готова за него убить. Я бегу с такой скоростью, что если я сейчас упаду, то непременно счешу и колени, и лицо об асфальт.
Но мне нужно забрать Даню, я уверена, что малыш испугался не на шутку. Вижу, как Алена схватив его за курточку тянет в сторону выхода.
Когда я до них уже практически добегаю в парк забегает Егор.
Я добегаю до Алены и вырываю руку Дани из ее хватки. Малыш плачет и труситься от страха.
— Даша, Даша, Даша, — я беру его на руки, а он цепляется за мою шею и заходится в истерике.
— Туда, — показываю пальцем полицейскому на амбала, который уже со всех ног бежит в противоположную от нас сторону.
— Даня, Даша, — Егор на нас налетает и сгребает в объятия.
Даня плачет, я тоже начинаю труситься и слезы текут по моему лицу.
— Они хотели… они…а.…я…
Начинаю заикаться и не могу произнести ни одного слова нормально.
— Пошли, я вас в машину усажу, — Егор начинает нас подпихивать к выходу, а я только сильнее прижимаю к себе малыша, который очень тихо шепчет мне на ухо:
— Мама, мама, — сердце больно сжимается, и новая порция слез стекает по моим щекам.
