В темном ущелье холода и мрака жарится огонь веселья среди пяти подростков, которых объединяет необыкновенный обряд: черепушка — знак эликсира, которым их предок наделил только самым талантливым. Лунный свет прячется за облаками, а шорохи ночи лишь добавляют ужасающего настроению неуловимой мистики. Копать могилы приходится молча и в полной бдительности — во имя будущего царства феи....
Я надеялась, что Джеру хватит сил удержать морок, и обойти поисковое заклинание комедантши.
— Так, что тут у нас? — она прохаживалась по нашей комнате, словно была тут полноправной хозяйкой, совала нос в шкафы, заглядывала за шторы, пару раз пройдясь в опасной близи от притаившегося парня, а потом подошла к кровати.
Похлопала руками по пестрому покрывалу, дабы убедиться, что там никого нет, зачем-то заглянула под подушку. Потом замерла, прислушалась и…
— Ага, — раздался торжествующий вопль, — попался!
Меня аж пот холодный прошиб, неужели Джертона заметила?
Ровена с необычайной для ее грузного тела проворностью повалилась на пол.
Оказалось, что она заметила Пятку, одетую в белый новенький носочек, изловчилась, схватила и с силой дернула на себя, рассчитывая вытащить, как минимум здоровенного парня.
В результате повалилась на пол и, увидев, что у нее в руках завопила дурным голосом.
— По-моему, вы кому-то оторвали ногу, — участливо предположила Хесса, подмигивая мне, — злая вы женщина! Опасная!
Ровена завопила еще сильнее.
Тут Пятка, которой надоели чужие вопли, начала активно вырываться, пытаясь пнуть навязчивую шумную комендантшу.
Та побелела, посерела и обмякла, закатив глаза.
— Скончалась? — Хесса вскочила на ноги, и я следом за ней.
— Только не это! Нас же из Академии мигом выпрут, если узнают, что мы комендантшу уиграли насмерть! — заломила руки и в панике посмотрела в угол, где притаился Джер. Он только руками развел, дескать ничем не могу помочь.
— Не выгонят! Мы ее сейчас в ковер замотаем, ночью вынесем на улицу и закопаем! — предложила на полном серьезе подруга, — я знаю отличное место у старого сарая.
— Я вам закопаю, — прохрипела Ровена, придя в себя и тяжело приподнимаясь на локтях, — где оно?
— Что?
— Где эта проклятая нога?
— Какая нога? — глупо повторила я."
"— Та, что вы нелегально притащила в общагу, — злобно выплюнула комендантша, и, пренебрежительно оттолкнув наши руки, самостоятельно поднялась с пола, кряхтя и охая, — та, которая подлежит принудительной девитализации с последующим погребением.
— Не было никакой ноги! — хором завопили мы с Хессой, а испуганная Пятка юркнула под стол, — вам показалось!
— Вы полезли под кровать, и стукнулись лбом об угол!
— Потеряли сознание!
— Вам померещилось! — верещали наперебой, пытаясь сбить ее со следа.
Джер по-прежнему словно статуя стоял в углу, и, прикрыв лицо рукой, смотрел на нас сквозь пальцы.
