Автор
В Элеарской Академии Магии, студенты вынуждены продать свои магические способности за еду, и каждый день кажется новым вызовом. Здесь Деорис раскусила сладкий шоколад яблока в снегу, демонстрируя свою умение делать лето зимой, а Рианет Дельсийе пытается отдать половину своей драгоценной награды. Там каждый найдёт место для себя — от мечтательного юноши до хитрого трюкаческого парня, и жизнь в академии наполнена ожиданием приключений....
Тут Дея рефлекторно потерла ухо, и Рианет догадалась, что перепуганный господин Брихт надрал любимой и единственной дочери уши.
— Девочки, встаем! Каша на столе, пирог разогрет! Папа варит кофий, — прокричала госпожа Брихт.
— Кофе, мама, — закатила глаза Дея и покосилась на подругу.
Но Рианет ничуть не была смущена:
— Кофий с утра — это прекрасно.
И Деорис успокоилась. Рован часто делал скользкие, двусмысленные замечания, из-за чего Дея начала стыдиться своего происхождения. Риа старалась гасить конфликты, но… Талборд предпочитал удивляться: «Я не имел в виду ничего такого, Деорис Брихт.
Быстро позавтракав, подруги собрались в Академию. Сами занятия должны были начаться первого числа, с начала первого осеннего месяца. А вот прием учеников…
— Прямо скажем, — Деорис протянула подруге платок, чтобы прикрыть голову, — мы запрыгиваем в последний вагон.
Рианет грустно улыбнулась:
— Арифманты принимают к себе круглый год.
— Так у них и обучение больше индивидуальное, кафедра теоретической магии живет по своим правилам, — развела руками Деорис. — Готова?
— Готова, — кивнула Рианет."
"Выходить наружу было страшно. Хотя леди Дельсийе была уверена: никто ее еще не хватился. Диноя Дельсийе (а Риа больше не хотела называть ее матерью, даже мысленно) первый завтрак предпочитала принимать в своей комнате. Потом она навещала сына, потом раздавала указания слугам, и только потом все собирались на второй, общий завтрак.
«Талбордов, опять же, никто раньше обеда не примет. Все эти «завтра утром ты уезжаешь» не более чем словесные кружева. Дельсийе пекутся о своей репутации, а значит, будут и цветы, и карета, и демонстративные прощания с поцелуями и добрым отцовским напутствием», — хмыкнула про себя Рианет.
И немного прибавила шагу. Ей все равно было не по себе.
Нет, формально никто не мог ей запретить поступить в Академию. Талборды, как ранее Дельсийе, могли отказаться оплачивать занятия.
«Мне уже девятнадцать, хоть что-то в своей жизни я могу решать сама», — фыркнула про себя Рианет.
И еще немного прибавила шагу, ей показалось, что кто-то смотрит в спину, но она не решилась обернуться.
— Не оглядывайся, — прошипела Деорис, — и иди медленней. А еще лучше начни чуть прихрамывать, чтобы походку изменить.
Не задавая лишних вопросов, Риа чуть ссутулилась и начала слегка косолапить.
