Автор
В Элеарской Академии Магии, студенты вынуждены продать свои магические способности за еду, и каждый день кажется новым вызовом. Здесь Деорис раскусила сладкий шоколад яблока в снегу, демонстрируя свою умение делать лето зимой, а Рианет Дельсийе пытается отдать половину своей драгоценной награды. Там каждый найдёт место для себя — от мечтательного юноши до хитрого трюкаческого парня, и жизнь в академии наполнена ожиданием приключений....
А парк, разбитый в честь открытия острова Драгари, находился через улицу.
— До завтра, — шепнула леди Дельсийе и крепко обняла подругу.
Даже если отец решит наказать ее и посадит под домашний арест… Что ж, не стоит экономить на охранной системе: Рианет уже не раз и не два сбегала из дома. И этот секрет был прекрасно известен Деорис, но не был известен Ровану.
Иногда Рианет думала, что она плохой друг: слишком уж много секретов ее окружало.
«А еще плохая дочь, ужасная старшая сестра и так себе внучка: побеспокоила стариков, удалившихся на покой», — хмыкнула про себя Риа.
Но если бы нее слабость, если бы не ее изъян — она бы пошла по пути подруги. Да, боевой факультет не арифмантический, но… Библиотека одна на всех. Что-то она бы почерпнула там, что-то на факультативах. А после, расплатившись и накопив, она бы могла вернуться в академию. У колдуньи жизнь длинная, на все факультеты хватит — и еще останется!
— Ты притихла.
— Думаю. — Рианет убрала пальцы с локтя Рована.
Но Талборд, перехватив ее ладонь, вернул все назад.
— О чем?
— Об арифмантике и составлении заклинаний, — легко соврала Риа и снова отняла у него руку. — Ты не слишком вжился в роль?
На что Рован делано равнодушно спросил:
— А что, я тебе в роли жениха совсем неприятен?
— Я зацепила твое мужское эго? — удивилась Рианет. — Ты же ждешь истинную, как и я. Но я не так чтобы жду, просто жизнь хочу прожить со своей предназначенной половинкой.
— Хм.
До самого дома Рован не проронил больше ни слова. А Риа, замедляя шаг, старательно усмиряла дыхание.
«Только не сейчас, только не сейчас, — твердила она про себя. — Не на улице».
И не дома: лорд Дельсийе терпеть не мог, когда с ней приключалась «отвратительная слабость». В дни приступов к ней приходила только леди Дельсийе, да и то ненадолго. Она приносила жидкий бульон, сухарики и сразу уходила.
— Откройся, — коротко произнесла Рианет, и узорная калитка распахнулась.
— Приступ приближается? — обеспокоенно спросил Рован.
Но на дне его глаз Риа ясно разглядела не заботу, а любопытство. И это уже давно не удивляло. Иногда леди Дельсийе думала, что он и дружит-то с ней из-за этого изъяна.
— Леди Рианет, ваш отец просит вас подняться в кабинет. — Едва они вошли в дом, как из сплетения коридоров выскользнул личный помощник Балдреда. — Леди Диноя с ним.
