Автор
Сашка свернулся калачником перед окном "Пасьянса", держа в руках заранее подготовленный отчет. Он смотрел на него с ученым выражением лица, как будто пытался прочитать его смысл мысленно сквозь слегка припорошенную бумагу. Толик положил папку на стол и предложил: "Угадай, кем работал это чудовище." В комнате вдруг наступила таинственная атмосфера, напряженная как натянутая струна....
– Ну что, Паровозик, пойдем? – к нему подсела не то Соня, не то Тоня.
– Куда? – спросил Вова и ухмыльнулся.
– На запасной путь! – крикнул Звягин и заржал.
– Не дождетесь. – Паровоз ущипнул девушку за упругую ягодицу и, приобняв, повел ее в спальню.
– Наш Паровоз вперед летит, – хором запели Васька и не то Сонька, не то Тонька. – В кровати остановка.
Володя пропустил девушку перед собой в комнату и вошел следом. И уже через неоднократно выкрашенную в бежевый цвет дверь он услышал:
– Другого нет у нас пути, в штанах у нас «морковка».
Окончание песни утонуло в смехе второй рыженькой.
– Придурки, – улыбнулся Паровоз и прильнул к грудастой девушке.
Володя не относил себя к эмоциональным людям, но все-таки похвалил себя за то, что выбрал девушек с созвучными именами. Мало ли, может, вырвется имя, и единственное, что ему было нужно, так это не называть первой буквы ее имени. Что-то типа: ммм…оня! Ну, с этим-то он справится. По крайней мере, он в это верил. А то отказ девушки от секса в самом его разгаре очень болезненно воспринимался Паровозом.
Когда включилась настольная лампа, он не заметил. Насколько Паровоз помнил, они вошли в темную комнату, единственным источником света в которой был уличный фонарь, светивший в окно. Теперь долбаная лампа на компьютерном столе, словно всевидящее око, следила за пыхтением Паровоза.
– Что случилось? – спросила Тоня-Соня.
Володя оделся и молча вышел из спальни. Что можно объяснить дуре, если… Он понял, что не знает, что «если». Он был зол.
