Начало светлой утра оказывается предвестником невзгод и разочарований. Каждое маленькое счастье — от плавного проезда маршрутизатора до случайного обнаружения выгодных распродаж в магазине обуви — быстро трансформируется в непреодолимую преграду. В один момент кажется, что все идет по плану, но затем мир рушится под ногами, заставляя задуматься о том, насколько сильно мы ценим обычность до тех пор, пока она внезапно исчезает....
Митр Хавьер деликатно позволил мне прийти в себя, после чего еще и комплимент отвесил:
— Вы очень красивая девушка, мири Марьяна. Позвольте проводить вас к его сиятельству.
Ах, ну да… Я же здесь именно за этим, а не чтобы разобраться в себе и своих страхах. Стало почему-то неприятно, но ничуть не страшно. Вспомнив об осанке и достоинстве, я взяла с комода сумочку и позволила.
По пути к кабинету графа благодаря собственным наблюдениям удалось выяснить, что гостевые покои — на втором этаже, а кабинет — на первом.
Подозрительно!
Кабинет оказался таким же внушительным и роскошным, как и все остальное в этом помпезном замке: массивная мебель темного дерева, настенные панели, искусная резьба. И самое главное в нем — его хозяин. Граф тоже переоделся и, когда мы вошли, стоял у камина в черных брюках и светло-голубой рубашке.
Когда наши взгляды встретились, я поняла, что он изумлен моим преображением куда сильнее меня, но это искреннее чувство быстро спряталось под маску привычной надменности, впрочем, сейчас вполне умеренной.
И я снова ощутила лишь глухое раздражение от его двуличности, но не страх. А хороший артефакт, слушайте! Мне нравится!
— Мирт Хавьер, благодарю, можете быть свободны, — отпустил граф моего спутника, и маг, уважительно склонив голову, вышел из кабинета, плотно закрыв за собой дверь.
— Итак, Марьяна, на чем мы остановились? — криво усмехнулся Герман Дьюш, приближаясь ко мне.
Но я решила его разочаровать. Во всем.
— Вы хотели узнать, какой я расы, ваше сиятельство, — произнесла спокойно. — Я элементаль. Прошу прощения за инцидент у фонтана, я не отдавала себе отчета в собственном страхе перед вами. Но отмечу, что в этом есть и ваша вина. И раз уж с этим вопросом разобрались, то будьте любезны вернуть меня в Лоунвилль, у меня дела.
— То есть вот так? — Он приблизился так нагло и близко, что ворвался в мое личное пространство, но, судя по всему, сделал это намеренно.
— Ваше сиятельство, — я начинала злиться, но уже понимала, что ничем хорошим это не кончится, и потому старалась дышать глубоко и тщательно подбирать слова, — я плохо контролирую свои способности рядом с вами, даже несмотря на помощь митра Хавьера. Не нагнетайте.
