Автор
Внутренняя дверь скрипит, и хозяин дома, Демидов Вилен Константинович, подзывает меня. Его жена Ирина смотрит на нас с презрением через плечо сына Максима — парня с отвратительным характером, которого нужно заставить исправляться. Блондинка рядом с нами — это новая любовница Виля, и ее присутствие только усиливает нервозность в этой комнате....
Теперь становится объяснимым, почему за неделю я ни разу не повстречала его в университетском кафетерии: он попросту перестал туда ходить, чтобы не наткнуться на меня.
Поприветствовав баристу кивком головы, он оглядывается в поисках свободного стола, замечает нас и… возможно, я выдаю желаемое за действительное, но мне кажется, что его челюсть дёргается.
Как бы то ни было, Леон быстро берёт себя в руки и направляется к нам: разумеется, альфе не по статусу просто взять и не поздороваться.
Девушки за соседними столами при виде него вытягивают шеи, словно сурикаты, начиная азартно переглядываться. Я мысленно язвлю: радуйтесь, что вам не посчастливилось познакомиться с ним ближе, дурёхи, как бы старательно он ни полировал ваш пупок языком, наутро всё равно сделает вид, что ничего не было.
— Привет. — Поравнявшись с нашим столом, Леон протягивает ладонь Петру. Мне достаётся двухсекундное разглядывание и сдержанный кивок. — Чем заняты?
— Обсуждаем с Лией статью, о которой я тебе говорил.
Взгляд Леона падает на мою ладонь, сжимающую стакан с размашистой надписью «Пётр», и хлёстко скользит по щеке.
— Решил ненадолго сменить локацию. Ты, вижу, тоже.
— В универе слишком шумно, поэтому здесь. Может, присядешь? — Пётр кивает на свободный стул.
— Вряд ли Леон захочет мешать нам обсуждать статью, — выпаливаю я.
— Да, я зашёл только за кофе, — произносит Леон после секундной заминки. — Хорошего вам дня.
Его брови чуть сдвигаются к переносице, выдавая намёк на то, что моя реплика была ему неприятна. Я искренне надеюсь, что так оно и есть: не у одной мне иметь монополию на дискомфорт и неловкость.
— Между вами какие-то разногласия или мне показалось? — осторожно интересуется Пётр, когда Леон, расплатившись у стойки и забрав кофе, идёт к выходу.
— Никаких разногласий, — моя улыбка скупая и холодная, как октябрьское солнце. — Так солидарны во взглядах, как сейчас, мы ещё не были никогда.
— Понятно. Так что, вернёмся к статье?
Кивнув, я машинально смотрю в окно и вижу, как Леон, не сбавляя шага, швыряет непочатый стакан в урну.
