Автор
Внутренняя дверь скрипит, и хозяин дома, Демидов Вилен Константинович, подзывает меня. Его жена Ирина смотрит на нас с презрением через плечо сына Максима — парня с отвратительным характером, которого нужно заставить исправляться. Блондинка рядом с нами — это новая любовница Виля, и ее присутствие только усиливает нервозность в этой комнате....
— Ты настолько недалёкая, что даже не видишь разницы между нами.
— О, я прекрасно её вижу. — Приложив ладони к груди, я сочувственно гримасничаю. — Я бы в жизни не опустилась до того, чтобы просить кого-то не подходить к моему парню.
Даже в темноте заметно, как щёки Эльвиры покрываются пятнами, а тонкие ноздри трепещут.
— Да все в курсе, что ты пробила дно на той вечеринке…
— Дно пробил твой мудак-братец, который подсыпал мне наркотик, — гневно перебиваю я, переходя из стадии раздражения в стадию кровавого бешенства.
— Не подходи к Леону, поняла? — чеканит Эльвира, перестав утруждать себя аргументами. — Не заставляй меня подключать отца.
Я со вздохом закатываю глаза.
— Господи, какая ты жалкая. А под венец вы Леона погоните пинками?
И вот здесь на лице Эльвиры проступает торжествующая улыбка. Она даже делает шаг вперёд, чтобы я наверняка расслышала сказанное.
— Свадьба состоится через три месяца — дата уже утверждена.
— Я думаю, что тебе нужно привести голову в порядок перед тем, как начать размножаться, — бормочу я, внезапно ощутив сильнейшее удушье. То ли потому, что представила, каким несчастным станет Леон в браке, то ли потому, что знаю, какой несчастной стану я, когда он окончательно и бесповоротно женится. — Спасибо за увлекательную беседу, я пойду спать.
Не глядя на Эльвиру, я устремляюсь к входной двери, мечтая очутиться в своей комнате и моментально отключиться. Свадьба через три месяца и скорые дети — это слишком сокрушительная информация, чтобы так запросто её переварить.
— Ты меня услышала, — несётся мне в спину. — Не заставляй меня портить тебе жизнь."
"Вместо ответа я выставляю перед собой средние пальцы. Да пошла ты, боярыня Отморозова.
43
Этой ночью я в полной мере ощущаю себя особой королевских кровей, ибо сплю как принцесса на горошине.
Как итог, в семь утра я сижу на кухне с кружкой двойного эспрессо, ловя отражение своих припухших век в натёртой до блеска сахарнице. Настроение болтается на уровне моих полуспущенных носков. У Леона свадьба через три месяца, и с детьми они тянуть не планируют.
