В теплых и необъятных объятиях Элли ощущает себя как новичок в своем собственном теле. С каждым рывком все более интенсивно, она погружается в горячую бездну, где тело взрывается от незнакомых чувств и страстных движений. Элли ощущает себя маленьким жалким существом, терпящим нечто большее, чем он мог предположить....
И, поймав каменеющее от напряжения выражение на родной физиономии, глядит в ту же сторону.
Татка, сестра Бойца, вытирая тыльной стороной ладони разбитую губу, сидит над каким-то парнем, валяющимся на пожухлой траве, и кричит.
Но ее крик, да и вообще она, совершенно неразличимы за ликующей толпой, никто на нее не обращает внимания!!!"
"Ромка соскакивает с байка едва ли не быстрее, чем Димас, и они, разрезая толпу, словно две острых стрелы, несутся в сторону Татки.
Парня, что валяется у ее коленей, они не знают, какой-то не местный, морда расквашена, вырубили его, судя по всему, одним ударом.
А больше такому хлипкому и не требуется.
Татка, заметив Зверей, собирается прямо на глазах, придерживает разодранный ворот майки.
- Кто? – хрипит Ромка, пока Димас продолжает шарить по толпе, выискивая непонятно куда запропастившуюся Эльку.
Надо вокруг, наконец-то обратив внимание на происходящее на задворках, обступает их кругом, наперебой задаются ненужные сейчас вопросы.
- Мужик, здоровый такой, - Татке больно говорить, похоже, нехило ее по лицу приложили, - не знаю его.
Ромка прямо в эту же секунду ощущает, как мир вокруг начинает кружиться. Это как, забрал? Эльку? Их с Димасом Эльку?
Пока он останавливает кружащийся мир, его брат присаживается на корточки перед Таткой, осторожно отводит ее пальцы от губ:
- Тата… Что за мужик? Куда?
- Не видела раньше. Здоровый, сука. Эльку схватил… Она даже крикнуть не успела. И я не успела… Юрик только вот бросился, так он отмахнулся от него и все.
Димас подскакивает, смотрит на брата, тот бежит к байку.
- Тата, позвони Бойцу, скажи, что помощь нужна. И Коляна надо.
- А вы?
- А мы поехали эту тварь ловить. Тут дорога одна.
40. Гонка.
Прихожу в себя от тряски. Сначала даже не соображаю, где. Отчего-то кажется, что я опять в автобусе, том самом, в котором приехала сюда. Мне холодно, ноют от долгого неподвижного сиденья все мышцы тела, и болит голова.
И жизнь впереди непонятная, но в целом тревожная и ни хрена не радостная.
- Давай, сучка, открывай глаза, пришла уже в себя. Я вижу.
Голос знакомый, противный такой, скрежещущий.
Глаза не открываются, впору, как Вию, просить поднять мне веки.
Резкий удар по щеке сразу убыстряет процесс. Дураки черти, надо было с Вием так же…
Смотрю перед собой, в принципе, не удивляясь тому , что вижу. Вернее, кого вижу.
