В теплых и необъятных объятиях Элли ощущает себя как новичок в своем собственном теле. С каждым рывком все более интенсивно, она погружается в горячую бездну, где тело взрывается от незнакомых чувств и страстных движений. Элли ощущает себя маленьким жалким существом, терпящим нечто большее, чем он мог предположить....
- А ты красивая, - неожиданно разворачивается ко мне Макс, внимательно разглядывает меня в свете фонаря, - прямо феечка.
- Скорее, кошка, - неожиданно раздается из темноты знакомый до боли насмешливый голос.
- Ага. Гулящая. Да, котен?
Я бессильно смотрю на заступившие нам дорогу фигуры зверят и только выдыхаю. Сердце стучит сильно-сильно. И в голове морок. От водки, не иначе.
Братья подходят ближе, синхронно разворачиваются к немного обалдевшему Максу:
- Свали, Черепок.
- Это какого хера, а? – неожиданно прорезает его на смелость, - я ее первый нашел!
- Нет, - качает головой Дима, медленно осматривая меня с ног до головы, - не первый.
13. Где поймают...
… - А где тут у вас пруд? – спросила новенькая курица, впервые выйдя из курятника во двор.
- А у нас, милая, по-простому, - ответила ей опытная курица со вздохом, - где поймают, там и прут… (анекдот)
Макс не оправдывает моих ожиданий , как местный Казанова, и растворяется настолько быстро, что я даже не успеваю отследить, в какую сторону его унесло.
Да и не до слежки мне сейчас.
Зверята подходят одновременно. Они вообще синхронисты, во многом. И в некоторых ситуациях это просто круто. Но вот сейчас…
Я делаю шаг назад, упираюсь спиной в стену института, вздыхаю. Ну что, бежать некуда. Хоть и не хотела я так скоро разговаривать с ними, хотела оттянуть этот момент… Да видно, не судьба.
Света фонаря вполне хватает, чтоб оценить, насколько я попала. Судя по напряженным физиономиям и голодным взглядам, грандиозно попала.
Хотя, взгляды-то у них всегда были голодные.
Я не отказываю себе в удовольствии, минутном, конечно, окинуть их глазами. Как-то они изменились. Возмужали, что ли?
Тогда, год назад, в Анапе, это были такие недоросли. Красивые, сексуальные до невозможности… Но видно, что молодые баловни судьбы.
А тут прямо выросли. И лица у обоих такие… Жесткие. Мужские.
И губы сжимают одинаково. И смотрят.
Черт…
У меня под их взглядами даже коленки дрожат.
- Ну привет, котен, - тихо сказал Рома, он всегда, мне кажется, в их тандеме водит.
- Привет, Ромик, - я специально называю его уменьшительным именем, стараюсь подчеркнуть несерьезность моего отношения к ним. Я понимаю, что единственное, что сейчас сработает, это моя насмешка над ними, легкость опытной дамы против их молочной наивности. В прошлый раз прекрасно работало.
