В этой истории Элоиза, дочь короля, вынуждена оставить любимую работу и родных, чтобы стать частью новой жизни, где ценность личности уступила место материальным ценностям. Ее приход в новый мир не означает только перемены, но и вызовов, с которыми ей придется справиться, чтобы сохранить свой характер и веру в счастье....
Женщина медленно откинула капюшон, и я уставилась на изборождённое глубокими морщинами старушечье лицо в обрамлении чёрно-седых, если так можно выразиться, волос. Кожа в отвратительных струпьях и рытвинах. Левый глаз затянут белой плёнкой. Жуткое зрелище."
"— Сколько вам лет? — спокойно спросила я. Голос всё же не соответствовал увиденному, были у меня сомнения в истинном возрасте магини.
— Тридцать два.
— Почему вы так выглядите?
— Ваше Высочество, вам правда хочется узнать ответы на эти вопросы? Или это такая очень странная игра? Накормить от пуза, дать выспаться в тёплом месте, а потом отрубить голову?
— Хмм.
Белла как-то совсем обречённо вздохнула и устало проковыляла к стулу, на который я несколько минут назад ей указала. Присела. И заговорила.
— Ваше Высочество, я ведьма. Лечу людей вот ими, — и показала мне морщинистые ладони, — использую свою душу, — палец ткнул в грудь.
— И как же вы восстанавливаетесь? — с исследовательским интересом уточнила я.
— Нужно прикоснуться к живому организму, необязательно человеческому, и потянуть его жизненную силу на себя. Но бедолага, у которого возьму энергию жизни, может не выдержать и помереть. Поэтому стараюсь восстанавливаться с помощью трав, что растут в заповедном лесу у подножия гор.
Это интересненько.
— Несколько дней назад меня вызвали принять роды. Но там младенец застрял, моих сил не хватило. Роженица померла вместе с ребёнком.
— Погодите, — остановила я её рассказ, — люди знают о ваших способностях и до этого случая не сдали вас инквизиции?
— Нет, не знали, сил я раньше тратила немного, заметно не было.
Я кивала. Белле просто везло. И мне тоже повезло — такой специалист на вес золота. Нужно только её обучить основам медицины. Той же биологии и химии. Эх, жаль, что в сутках всего двадцать четыре часа.
— Роженицу можно было спасти.
