Эмблема с секретом, как загадочный знак на борту «Антиволны», привлекает внимание к тайне, который скрывает шифрованный код внутри него. Корабль в Баренцевом море кажется спокойным, но неустанный ветер и непредсказуемые волны лишь подчеркивают его силу и надежность.
А целью обезумевшего «карандаша», судя по всему, являлся город Якутск…
Вопрос об эвакуации даже не стоял. В Центре нажимали заветную кнопку АПР и обреченно ждали: не сработает ли все же система? До города оставалось сто километров, шестьдесят, десять… Никаких команд для населения не отдавалось, да и городское руководство не было осведомлено о нависшей опасности. В мэрии шло очередное совещание, горожане занимались своими делами, на алмазном карьере кипела работа. Экскаваторщик Володя опустил ковш и, не заглушая двигатель, выпрыгнул из кабины, сжимая прокуренными зубами мундштук папиросы.
«Бриз», следуя рисунку рельефа, резко нырнул в карьер, пронесся вдоль нешироких карнизов, едва не касаясь брюхом поверхности, поднимая в воздух черные облака пыли и издавая невыносимый низкий гул, от которого сотрясались окрестные сосны.
– Ни фига себе! – сказал Володя. Папироса вывалилась изо рта, ноги обмякли, и он опустился на землю, глядя на свой горящий экскаватор.
– Покурили, блин!
* * *8 августа 2011 г.
Лазурный берег
Поздний завтрак на террасе под сенью старой оливы. Круассаны, тосты, тончайшие ломтики колбасы, сыр, капучино, джем, мед, фрукты плюс вид на синее море, испещренное белыми парусами. Вид замечательный, зовущий к активной жизни, а вот стол скудноватый. Я люблю утром что-то более основательное, например яичницу с помидорами или ветчиной. Но надо есть то, что есть… Тонкое наблюдение, не правда ли? К тому же только что родился отличный каламбур! Надо бы записывать свои наблюдения, впечатления, умозаключения, чтобы потом, на пенсии, написать книгу.
У Кристины несколько помятый и бледный вид – уж не знаю, что такое Алекс вытворял с ней этой ночью. Юлия, наоборот, – свежа и румяна, как только что сорванное яблоко.
