Автор
В дни Энфиса 7, когда земной шум затихает, в ушах зазвучит жестокий взрыв. Бойцы выглядывают из бронежилетов — чужие тела раскрываются под брызгами густого синего воздуха. Атмосфера заставляет дышать крепче, ожидая следующей волны беспощадной войны.
У меня был только минимум информации — сама Копьула в такой ситуации никогда не решилась бы на атаку.
Что до второго пункта, конструкт долгие годы выстраивала сложную структуру из поглощённой энергии. Её было много. Самых разных видов и вариаций. Как итог, Копьуле пришлось постараться, чтобы усвоить всё, что она поглощала и собрать из этого новые части своего условного тела.
Внутри этого колосса были собраны сотни вариантов энфиса, переплетённого между собой. Сложная система с хрупким балансом, который поддерживался всё это время.
Недавнее поглощение Вечных ослабило баланс, заставив противника начать глобальную перестройку всей системы. А моя атака внезапно оказалась тем камешком, что сдвинул с места лавину. Теперь Копьула разваливалась на части. Если быть более точным, её компоненты нещадно выжигали друг друга и рвали на части каркас конструкта.
— Ты пожалеешь! Весь твой вид пожалеет!
Рёв пронизывает меня насквозь. Впрочем, я сам есть часть этого мощного голоса, едва не разрывающего меня на части.
В следующий момент перед взором появляется планета, которую сразу же озаряют вспышки. Что она делает? Вернее, что именно происходит, я и так понимаю — Копьула обрушивает на поверхность планеты часть своей энергии, задействуя те компоненты каркаса, которые ещё может как-то контролировать. Но вот зачем? Чего она собирается добиться?
Снова ревёт её голос. На этот раз просто от боли. А в следующую секунду меня выкидывает из сознания энергоконструкта. Снова размытое пятно, в которое превращается пространство.
Сначала не понимаю, откуда взялась тяжесть. Собственно, как и ощущение покалывания. Потом доходит, что я вернулся в своё собственное тело. Или не в своё. Сложно сказать, какой фокус мог выкинуть гибнущий энергоконструкт.
Пытаюсь открыть глаза и когда это наконец получается, обнаруживаю над собой лицо Эсты. Отлично. Во-первых, это всё же моё тело, а во-вторых, девушка жива.
Увидев, что я поднял веки, та радостно ойкает.
— Очнулся!
Звук шагов и я слышу голос Тонка.
— Ты полчаса так валялся, командир. Что там случилось? У тебя вышло?
Пробую ответить, но язык плохо слушается, так что выходит издать только несколько невнятных звуков. Приходится подождать, пока мышцы лица не заработают достаточно нормально, чтобы можно было говорить. Надо сказать процесс не самый быстрый — приходится подождать, как минимум, несколько минут.
