Автор
В Энфисе действует жесткий дуализм: официанты с каменными лицами и гостеприимные улыбки, звон бокалов — все это на первый взгляд спокойно. Но под маской стабильности скрываются эмоциональные потрясения, когда ты понимаешь, что твой путь от бедного студента до влиятельной бизнес-персоны был не таким уж коротким в реальном времени....
Удручённо вздохнув, шагаю в кабину. Вместе со мной заходят ещё двое. Сначала напрягаюсь, но один покидает нас на одиннадцатом, а второй выходит на следующем этаже. До пятнадцатого я добираюсь в полном одиночестве.
Оказавшись в коридоре, оглядываюсь по сторонам. Куда дальше? Если честно, я думал, что кто-то будет ждать около лифта. Но судя по всему, местный лидер предполагал, что путь мне придётся отыскать самостоятельно.
Недолго постояв на месте, сворачиваю направо. Никакой информации у меня всё равно нет, а значит нет смысла ломать голову.
Быстро шагая по коридору, поглядываю на часы. Времени осталось совсем немного. Сложно сказать, как это отразится на встрече. Стоп. Это кто впереди?
Объект действительно заслуживает внимания. Девушка в одной майке, из под которой вываливается грудь. Бредёт вдаль, придерживаясь руками об стену. Остановившись, какое-то время наблюдаю, как она медленно приближается. Потом шагаю навстречу.
— Где босс этого этажа?
Та с трудом фокусирует на мне взгляд.
— Прямо и направо. По музыке найдёшь.
Вернув на меня взгляд, облизывает губы и пытается что-то спросить, но я уже быстро удаляюсь. Разговоры с нетрезвой и почти голой девицей, не совсем то, что мне сейчас нужно.
""По музыке"", значит? У них тут что, затянувшаяся до утра вечеринка? При том, что сегодня рабочий день? Фактура упорно не хочет стыковаться. Но зато я уже слышу музыку — она играет где-то впереди и правее.
Начинаю задавать вопрос советнику, когда дверь внезапно распахивается и я вижу перед собой пьяную морду того самого блондина. Затормозив, пялится на меня сверху вниз. Кривит лицо.
— Ты нахера сюда припёрся, доходяга? Совсем мозги отбило?
Глава IX
Открываю рот, чтобы напомнить про долг в тридцать тысяч, который этот ублюдок на меня сам повесил.
Но какой частью тела думал я? Это же обычный пацан.
