Автор
Персонал отеля оказывается предельно вежливым и сервис оказался лучше ожидаемого. На первый взгляд я вновь себя чувствую на окраине Дамаска, где обычной является бронированная двери и систематически устраиваемые по периметру танки. Люди всё равно выливают кофе с высоты и размышляют о мире издалека, рядом с военной техникой....
Это уже Тонк. Докладывает о ситуации на ""передовой"".
— Накрой тех, что идут первыми. Сколько ракет было в первой волне?
— Пять штук.
— Давай ещё столько же.
Наёмник принимается работать с голограммой, а я перехожу на канал связи с Лло.
— Мы уничтожили часть техники. Сейчас продолжим долбить по всем, кто продолжает боевые действия. Если хотят жить — пусть убираются за пределы столицы.
На самом деле, на ""столицу"" городок внизу не тянет. Население не дотягивает до сотни тысяч, практически никаких серьёзных построек или бизнес-кварталов.
Тихое шипение и премьер снова объявляется на связи.
— Мне пришлось арестовать нескольких генералов. Они спровоцировали атаку, сами решив отсидеться в тылу. Сейчас устанавливается связь со всеми офицерами, что участвуют в боях. Им приказывают отойти. Не беспокойся, я накажу всех причастных.
Угу. Я и не сомневаюсь, что накажет. Возможно он даже поспособствовал нападению, решив, что это отличный вариант избавить от усилившейся военной верхушки.
Не слишком этично, но зато достаточно ловко и эффективно. Правда теперь встаёт вопрос обо всех остальных договорённостях. Формально Лло никак не связан с атакой на город и даже помог её остановить. Но доверять ему будет проблематично.
— Запускаю вторую волну.
Глянув на Тонка, прикидываю, что в принципе можно было остановить этот удар. Но что сделано, то сделано. К тому же это будет лишним напоминанием, что военным нужно срочно убраться из городской черты.
— Пока всё — ждём. Военные уже отступают на позиции. Проблем быть не должно.
Выдохнув, жму на кнопку связи.
— Что-то мне подсказывает, ты был в курсе этого демарша. Уж больно удобно всё сложилось — и генералы под арестом, и вояк мы потрепали, и рейтинг ты себе теперь поднял.
Какое-то время отмалчивается. Потом осторожно выдаёт ответ.
— Это громкое заявление. Но во-первых, оно имеет весьма опосредованное отношение к реальности.
